— Благодарю за новое определение моей персоны. Знаешь, мне казалось, что подобная интрига сделает наш поход более интересным. Дело в том, что ты не можешь просто так попасть в замок Доброго Волшебника: сначала необходимо преодолеть три препятствия. Такое ограничение было введено потому, что волшебник очень не любит, когда его беспокоят по всяким пустякам.
— Если бы я только знал… — огорченно произнес Гари.
— Все было бы совсем по-другому, — ответила Менция так слащаво, что на ее губах выступили кристаллики сахара.
Гари попытался взять себя в руки: в конце концов, отрицательные эмоции были ему практически незнакомы.
— Какова же вторая деталь?
— Плата Доброму Волшебнику.
— Плата?
— Да, за каждый полученный ответ ты обязан отработать в замке в течение целого года.
— Целый год! — воскликнул горгулий. — Это же нелепо и смешно!
— Иначе все было бы совсем по-другому, — повторила свои слова демонесса и улыбнулась еще более сладко. По щекам потек липкий малиновый сироп. — Что ж, эта тропа выведет точно к замку: теперь ты ни за что не заблудишься. А у меня появились срочные дела: нужно как можно скорее объединиться со своей лучшей половиной. Вечно у них без меня случаются какие-то проблемы. Ну да ладно, пока!
— Но ведь осталось совсем немножко… — попытался было возразить Гари.
Однако демонесса уже растаяла, оставив в воздухе лишь маленькое темное облачко.
Перед Гари возвышались стены величественного замка. Горгулий поймал себя на мысли, что замок оказался именно таким, каким и существовал в его воображении. Стены, башенки и вымпелы не давали ни единого повода усомниться, что это есть конечный пункт его долгого пути. Единственное, что изумило Гари, — это окружающий замок ров: он оказался абсолютно сухим. «Чего же здесь удивляться, — тут же сообразил горгулий. — Если у меня пропала работа, то как же волшебник обзаведется водой? Мы до сих пор живем в одной и той же волшебной стране». Гари заметно погрустнел. Замок без единой капли воды в его понимании сильно терял привлекательность.
Де Менция, кажется, говорила, что ему будет уготовано три препятствия. Конечно, она была довольно сумбурной особой, однако когда речь заходила о тайнах, открывавшихся в самом конце их совместного путешествия… Наверное, к этим словам необходимо прислушаться. Следовало хорошенько приготовиться к неизведанным трудностям и опасностям. Неподалеку виднелся подъемный мост, который вел прямо к главным воротам жилища волшебника. Горгулий решил, что наиболее благоразумным решением будет воспользоваться этим сооружением, чем лезть через грязный ров, наполненный неизвестно какой гадостью. Рассуждая таким образом, он медленно заковылял к хлипкому деревянному сооружению.
Колючие ветви ежевики, растущей на высоком берегу глубокого рва, начали цепляться к нему, стараясь причинить как можно больше неприятностей. «Ну-ну, дорогие, наверное, вы еще не встречали ни одного каменного гостя. Ваши колючки для меня ничуть не страшнее клыков злобных псов и волков». Не обращая на провокационные попытки ежевики никакого внимания, Гари без труда проник в глубь небольшого леса. «Хотя какое же впечатление я произведу на волшебника, если появлюсь перед его глазами в столь неприглядном, ободранном виде? Нет, придется выбирать другую дорогу». Гари повернул на свободную тропинку и спустя несколько минут вышел к освещенной солнцем поляне.
Прямо в центре поляны спиной к нему стоял древний воин, облаченный в железные доспехи. Странность заключалась в том, что воин занимался несвойственным для себя делом: он монотонно рубил тростник. Судя по вялым движениям топора, это занятие успело здорово надоесть рыцарю. «Скорее всего, — подумал Гари, — он находится на службе Доброго Волшебника. Возможно, он согласится помочь мне».
— Добрый день, сэр воин, — вежливо поздоровался горгулий, остановившись неподалеку от него.
С детства Гари прекрасно помнил тот факт, что люди просто обожают всяческие титулы и звания. Именно поэтому он и избрал столь велеречивое обращение к незнакомому человеку. В конце концов, ему это было не в тягость, а воину должно было понравиться.
Облаченная в латы фигура бросила свое занятие и медленно обернулась в сторону гостя.
— Не называй меня «сэр»! — фыркнула она. — И до сих пор я не относила себя к числу этих ужасных созданий — мужчин!
Гари понял, что допустил промашку.
— Простите меня великодушно, — произнес он. — Я принял вас за человека.
Последняя реплика Гари окончательно разозлила воина.
— А я и есть человек, — ответил рыцарь, принимая боевую позу. Тут горгулий заметил, что металлические пластины на груди воина имели характерный приятный изгиб, который позволял причислить их владельца к женскому полу. «Какое невежество! — подумал Гари. — Как же я мог забыть о такой характерной отличительной особенности полов среди людей. Это Менция задурила мне голову!»
