Эндер вздохнул. То и дело на Миро накатывали приступы красноречия, а так как горечь в последнее время стала его вторым «я», слова Миро неизменно били в самую больную точку и, мягко говоря, особой добротой не отличались. Эндер не мог упрекнуть его в желании поговорить: он и Валентина были практически единственными людьми, обладающими достаточным терпением, чтобы выслушивать тягучую речь Миро, не намекая при этом, что пора закругляться. Большую часть времени Миро проводил погруженным в собственные мысли, наедине с собой, поэтому было бы жестоко затыкать ему рот просто из-за нехватки такта временами.
Эндер не испытал восторга, когда ему в очередной раз напомнили, что Новинья оставила его. Он пытался выбросить из головы эту мысль, сконцентрироваться на других проблемах, в особенности на том, как сохранить жизнь Джейн, ну и на остальных тоже. Но слова Миро заставили его почувствовать, что прежняя боль, пустота, непонятная паника вновь нахлынули на него. «Ее нет со мной. Я заговорю — а она не ответит. Я спрошу — а она не вспомнит. Я даже не могу дотронуться до нее, взять за руку. И, самое ужасное, может быть, не смогу больше никогда».
— Да, вот так-то, — пробормотал Эндер.
— Ты, наверно, не хочешь равнять их, — продолжал Миро. — Ведь, по сути дела, она целых тридцать лет была твоей женой, а мы с Квандой дружили, ну, от силы лет пять. Но, если прикинуть, как раз тогда я вошел в пору половой зрелости. Кванда была мне ближе всех, за исключением, может быть, только Элы, в детстве ближе них не было мне никого. В общем, если так подумать, я провел рядом с Квандой большую часть жизни, тогда как ты с матерью — всего половину.
— Да, вот теперь я чувствую себя значительно лучше, — восхитился Эндер.
— Кончай злиться, я-то тут при чем? — мигом встал на дыбы Миро.
— А ты меня не зли, — резонно возразил Эндер.
Миро расхохотался. Слишком уж нарочито.
— Что, поворчать захотелось, а, Эндрю? — хмыкнул он. — Не в духе, да?
Это уж слишком. Эндер резко развернулся на стуле, наконец оторвавшись от терминала. На дисплее вырисовывалась примитивная схема анзибельной сети, Эндер изучал ее, пытаясь выяснить, в какой же части этих случайных переплетений-кружев может скрываться душа Джейн. Он сверлил взглядом Миро, пока тот не перестал смеяться.
— Значит, во всем случившемся с тобой ты обвиняешь меня? — спросил Эндер.
Миро скорее разозлился, нежели растерялся.
— А что, в этом что-то есть, — ответил он. — Ты сам подумай. Вы, все вы, относились ко мне с таким трепетом. У Миро ведь есть достоинство, давайте не будем зря изводить его. Пускай он лучше свихнется от собственных мыслей, да? Только ни в коем случае не заговаривайте с ним о том самом, случившемся. Неужели тебе ни разу не приходила в голову мысль, что мне нужен кто-то, кто бы периодически шпынял меня?
— А ты подумал, что мне этого как раз не надо?
Миро снова рассмеялся, только на этот раз чуть-чуть запоздало и немножко помягче.
— Туше, — признал он. — Ты обращался со мной так, как хотел бы, чтобы в минуты тоски и печали обращались с тобой, а я сейчас обращаюсь с тобой так, как хотел бы, чтобы со мной обращались. Мы только что прописали друг другу каждый свое лекарство.
— Твоя мать и я по-прежнему муж и жена, — вздохнул Эндер.
— Вот что я тебе скажу, — ответил Миро, — основываясь на опыте, приобретенном мною за целых двадцать с небольшим лет жизни. Тебе станет значительно легче, если ты наконец признаешь, что она никогда не вернется. Что она тебе больше недоступна.
— Кванда для тебя и вправду недоступна. Но с Новиньей все по-другому.
— Она ушла к Детям Разума Христова. Эндрю, она стала монахиней.
— Ты не прав, — покачал головой Эндер. — Согласно обычаю, в монастырь супружеские пары могут вступать только вместе. Без меня ее обет не примут.
— Что ж, — пожал плечами Миро. — Значит, ты немедленно заполучишь ее обратно, стоит тебе только вступить в орден. Смотрю на тебя и вижу — будущий Дом Кристано.
Эндер лишь горько усмехнулся:
— Спать на разных кроватях. Все время молиться. Друг к другу не прикоснуться…
— Если именно это ты зовешь семейной жизнью, Эндрю, тогда Кванда и я давным-давно поженились.
— Это действительно семейная жизнь. Потому что семейные пары в «Фильос да Менте де Кристо» работают вместе, трудятся бок о бок, рядом друг с другом.
— Точно, и мы с тобой чудесная семейная парочка, — съязвил Миро. — Ты и я. Потому что мы вместе пытаемся спасти Джейн.
— Всего лишь друзья, — улыбнулся Эндер. — Мы всего лишь друзья.
— Скорее соперники. Джейн удерживает нас обоих на коротком поводке, точно любовников своих.
Слова Миро очень походили на те обвинения, что бросала Эндеру Новинья.
— Да нет, вряд ли мы любовники, — сказал он. — Джейн не принадлежит к человеческой расе. У нее даже нет тела.
— Где же тогда логика? — поинтересовался Миро. — Разве не ты только что заявил, что ты и моя мать можете быть женаты и даже не касаться друг друга.
Подобное сравнение пришлось Эндеру не по душе. Наверное, потому, что в нем было слишком много правды. Не была ли Новинья права, питая столькие годы жгучую ревность к Джейн?
