В благодарность за внезапно возникшую, интересную мысль, посетившую нас в одно мгновение, мы тихонько ударяем себя по лбу. Именно по этой причине, мужчина всегда подтягивает брюки спереди, а женщина сзади.
В кабинет вошли мужчина и женщина. Оба окольцованные. В этот момент мне трудно было понять направление и скорость движения их болезни. Они метались, словно ртутные шарики, но не по моему кабинету, а между собой.
Когда человек мается головой, сердцем для постороннего глаза это не очень заметно. В данном случае, как говорится, факт был на лицо.
Русский народ очень наблюдательный.
Плакали оба, но это были слезы радости и умиления, вдобавок ко всему, у представителя сильной половины человечества, беспрестанно дергалась с болезненной гримасой левая половина лица.
– Разрешите, мы присядем? – спросил мужчина.
– Почему нет? Присаживайтесь, пожалуйста. Не на демонстрацию пришли, – ответил доктор.
Вторая половина человечества имела проблемы более серьёзные. Глазная щель слева широкая, мигание практически отсутствует, слезотечение, беспрестанное выделение слюны слева, сглажены лобная, носогубная складка. Говорит только правой стороной.
– «Когда это с вами произошло? – вы захворали вместе, откровенно говоря, не думал, что так бывает», – сказал доктор.
Она достала свою ярко красную косметичку и, достав из нее платочек, аккуратно вытерла слезу, потом не накрашенные губы слева.
– Давно. Мы признались друг другу, что давно, – сказала пациентка.
– Мы уже давно поняли, что совершенно перестали стесняться своих поступков, – сказал мужчина, – и сегодня мы при знались в этом друг другу.
– В чём нужно было признаваться? Все видно невооружённым взглядом. Мне кажется, в обоих случаях процесс свежий, рожденный буквально на днях. У вас поражение тройничного нерва, а у вас дорогая, лицевого.
– Мы покаялись друг перед другом, попросили прощения. Нам стало легче. Мы хотим родить ребёнка, – тихо сказала женщина.
Супруг вздрогнул несколько раз. Солнце, видимо, слишком ярко светило в окна моего кабинета, я встал и закрыл жалюзи.
– Дети – это хорошо, – сказал я, – одобряю, особенно в моём кабинете, – в данной ситуации молоток, как мне кажется, совершенно не нужен.
– Доктор, причём здесь молоток и дети? Как можно? – заметно волнуясь, спросила женщина
– Я неврологом работаю, а не специалистом по искусственному оплодотворению.
– Мы прекрасно знаем об этом. Пожалуйста, помогите. Дело у нас самое обыденное. Мы женаты довольно давно, по современным понятиям. Вчера утром в ванной у меня, когда я брился, неожиданно, возникли резкие, стреляющие боли в левой половине лица. От такой интенсивной боли я даже прослезился. Подумал, что меня хватил удар и побежал в спальню к жене. Не хотел умереть в одиночестве. Всегда этого боялся, – сказал мужчина.
– Я тоже. Кто не боится – в одиночестве, и без покаяния, – с некоторым удивлением ответил я, – оттого такая смерть и называется лютой, да ещё и обезличенной.
– Я застал жену сидящей перед зеркалом. Она выла, как белуга, и показывала мне на свою недвижимую половину лица. Когда мы немного успокоились, я посмотрел в Интернете – это оказался симптом «курительной трубки». Это как Шерлок Холмс? – внимательно спросил пациент.
– Нет. Трубка – это конкретно, как доктор Ватсон, – очень серьёзно ответил я.
– И снизошло озарение, и упало многое. У меня боль слева, у нее недвижимость лица, тут и к гадалке ходить не надо. За несколько минут, мы покаялись, признались друг другу, что ходили налево, оба были неверны и поняли, что по грехам нашим да будет нам, – очень эмоционально сказал мужчина.
Один мой знакомый, мужчина с очень свободной жизнен ной установкой как-то заметил
Супруга тихо заплакала.
– Мы даже были на приеме у ушного врача.
– У вас для этого нет показаний. «Вухи», я имею виду отоларингологов, они как гинекологи – если бежит, то лечим, если нет, то направляют к неврологу.
Женщина продолжала плакать, так же тихо и уже не выти рая лица. Она думала, что про неё все забыли, и что она осталась в одиночестве со своим двойным горем.
