– Не сравнивайте и не завидуйте, и, хотя в вашем случае болезнь, безусловно, не уйдет, но состояние значительно улучшится. У каждого свой путь и свои проблемы, ибо они находятся в ожидании у моего кабинета, а не перед кассами Эрмитажа или Большого театра. Больному человеку всегда нужны добрые помыслы и никогда не помогут неразумные желания.
– Тоже верно.
– А вы присядьте.
– Спасибо, я бы с удовольствием, но только после этого вы меня не поднимете. Сегодня всю ночь провела стоя. Не думала, что так быстро наступит время, и мои ноги в это время суток всегда будут прямыми. Красивые ноги должны подчеркивать особый шик, но не болезненное состояние, они могут, а я … ой, не могу, точно не могу.
Как много на свете красивых женщин и как много больных. Я смотрел на неё и думал, что в человеке всё должно быть прекрасно, особенно грудь.
Мой любимый цвет женского белья – белый.
В настоящее время, воспевая женскую грудь, мы прославляем, как правило, его, бюстгальтер, и то, что преподносит наша фантазия, да глаза не зрят.
Теперь всё видим, всё понимаем и вздыхаем о силиконе.
Остеохондроз – это не болезнь, это состояние души. Здесь есть всё – и боль, и ограничение движений, и мгновенные прострелы, и головокружение, и искры из глаз, и облегчение с ощущением взлёта. И вот тогда отчетливо понимаешь, что каждое движение и продвижение тела даётся через боль.
Остеохондроз – это жёсткий корсет жизни, внутри которого невозможно ни кашлять, ни дышать полной грудью. Об этом, как и о другом, можно сочинять поэмы, а приходится делать сухие врачебные записи.
– Поверьте, я переживаю вместе с вами, – взглянув на неё глазами полными кротости и сочувствия, сказал я.
– Доктор у меня, можно сказать, уже воды отошли, а вы говорите, потерпи, может, обойдется. Вы скажите, долго ли мне ещё так маяться? – взглянув на меня глазами полными негодования и непонимания, сказала она.
– Как для зачатия ребёнка требуется время, так и для его рождения необходимо оное. Считайте, мы в самом начале пути, – взглянув на неё глазами полными доброты и участия, сказал я.
– Хотите – верьте, хотите – нет, но забеременела я в первую брачную ночь, правда-правда, а родила, даже не порвалась и не звала маму. Роды принимала замечательная акушерка, она взяла на руки моего сына, как своего собственного. Впрочем, меня не за этим сюда привезли. Это абсолютно не касается моего нынешнего состояния. Когда я встану на ноги уверенно и без боли? – взглянув на меня глазами полными снисхождения и некого превосходства, сказала она.
– Вы желаете спросить, когда они поимеют возможность сгибаться в полном объёме?
– Меня нисколько не раздражает ваша ирония, я даже не могу зарычать, как женщина, страстно возжелавшая кого-то, ибо даже глубокий вздох усиливает боль. Можете бесконечно философствовать в своем убогом кабинете, а я привыкла быть здоровой, много двигаться и радоваться жизни, и движение моих стройных ножек очень часто доставляет мне, и не только мне радость. Говорите, говорите, задавайте свои вопросы.
– Хорошо, что мне для этого нужно сделать? А вы их будете мыть? – спросила она.
– Кого? – удивился я.
– Руки, естественно. Не головой же вы меня собираетесь смотреть, – сказала она.
– Если я решил осмотреть больную, озлобленную на себя и всех остальных женщину, то голова в данном случае совершенно не нужна. В этой ситуации думать не надо. Вы и без того в моих руках, – со всей великой неврологической мудростью ответил я.
– Стоит только встретить умные заботливые руки, как сразу попадаешь под глупое бесчувственное тело, – с заметным раздражением сказала сна.
– Человек, способный диагностировать поясничный остеохондроз, уже заслуживает большого уважения. Это лично мое мнение, хотя, я полагаю, вы тоже можете к нему присоединиться, – не скрывая безразличия, ответил я.
– Ну что, мне ноги поднимать, оголяться сверху или снизу, рычать или плакать? Вы можете хоть что-то сделать?
