Иван, действительно заплатив, перевёл её в отдельную палату. Изумлению медиков не было предела. Бомжатник и такой шик. Но вот с первым же дежурством Галины вышла неприятность. Азартная женщина, устроив побоище, нанесла членовредительство дежурному врачу, заявившемуся в палату, при маске и со шприцем в руках. От её прицельного удара его очки враз упрыгнули на лоб. Доктор хряснулся на пол и ещё долго не мог сообразить, что это было? Если б не подоспевшая медсестра вообще неизвестно чем бы тот поход для него к больной закончился. Галина пробовала извиниться, но медицина взбунтовалась против таких дежурств. Пришлось срочно вносить в план коррективы. Иван сердился на себя. "Детективы пишут те, кто в них совершенно не смыслит, получается лишь для того, чтоб нашего брата только запутать. На самом деле преступники действуют гораздо проще без шума и парадности. Надо забирать её домой и караулить, а иначе можно и просмотреть. Оглянуться не успеем, как будет готовенький труп. Глупо надеяться, что он придёт и заявит, мол, вот и я! А так глядишь всё само собой и нарисуется". Но домой врачи тоже её не отдали. Иван посадил всех задействованных в этом деле своих и соседей на совет и предложил подумать и даже может быть предположить мыслимые ходы противника. Желательно попроще. Но попроще не получилось. Все читали детективы и народ разобрало в фантазиях. Иван устав решил отказаться от задуманного. Но перебраться домой не успели. Как не гадали, а он пришёл под видом слесаря. Мол, подтекает на первом этаже под палатой потолок. Это было как раз моё дежурство. Я с трудом сообразила, кто передо мной и то только в тот момент, когда он отправил меня вниз, посмотреть капает или нет. Я вышла за дверь и собралась было бежать выполнять поручение, но, наткнувшись на спокойно драивших полы нянечек, вернулась. "Чего я пусть их пошлёт". Оказалось вовремя. Он, засунув голову соседки в целлофановый пакет, душил её. Я огрела его стулом сзади. Бросив женщину, он метнулся ко мне. Я заорала, что было мочи, надеясь на помощь медиков. Но в палату влетел Иван случайно шедший ко мне с сыном, оставив мальчишку в коридоре, рванул на мои вопли. Получив отпор, опасный субъект сиганул в окно. Следом за ним прыгать не было смысла. Мы с Иваном свесились через подоконник надеясь, что "слесарь" сломал шею. Но ничего подобного, вскочил и убежал. Иван с досады плюнул в окно и осмотрел меня. "Обошлось без страшных повреждений". Минуты две мы порадовались своему успеху. Потом подошёл к хрипящей женщине, сдёрнув пакет похлопал по щекам, а я поторопилась открыть дверь за которой слышалось подозрительное гудение. Врачи толпились за порогом, не решаясь войти. "Да долго бы я ждала подмоги, не случись прийти Ивану". Ванюшка первым бросился к нам.
— Что так не смело товарищи, — Насупился Иван, не скрывая своего раздражения, обращаясь к еле-еле переползавшим порог врачам. — Если так орут, значит, просят помощи. И до сегодняшнего дня я по наивности своей считал, что в принципе, при наличии мозгов, такое простое понятие, доступно каждому джентльмену.
Но медики не смутились. Мол, не надо нас учить, мы за такие зарплаты все сами с усами.
— Господи, Иван, чего ты с них хочешь? — потянула я его от греха подальше. Никогда прежде мне не доводилось видеть его таким. Где он у нас пытается найти джентльменов.
— Ничего особенного. Они медики в плюсе с мужским достоинством. Соответственно и действовать должны. Женщина о помощи просит. Этот гад мог тебя убить.
— Вань, очнись, мужское достоинство нынче не играет даже той отписанной ему природой роли. Учитывая нашествие голубых и розовых, а ты на джентльменство замахнулся.
Самогонщицу отходили и недели через две выписали. Баба была похожа на тень, плохо пока передвигалась, мало общалась и плохо ела. Голова её с трудом варила. Но то, что сестры уже нет в живых дошло. Шефство над ней взяли по-соседски Галя с Оксаной и еще пара соседок с её стороны дома. Домишко вычистили, прибрали, заставили перенесённой из старого домика Оксаны мебелью. Получилось неплохо. Своё место занял холодильник, телевизор и газовая печь. Повесили шторки, застелили кровати, в общем, сделали пригодным для житья. Иван заплатил долги за газ и свет и в доме самогонщицы вновь наступил рай. Потихоньку Петрович восстанавливал развалившийся забор. Получается, жизнь не стояла на месте. Выяснилось, что у неё где-то в Сибири есть сын. Оксана, не долго думая, ляпанула туда телеграмму. Рассуждала по упрощенной схеме. Сын же. Правда, никто не знал, кто он и что из того выйдет. В доме по-прежнему дежурили по очереди, боясь повторения нападения. И поэтому, когда вечером с той стороны раздался вопль, а Оксана только что ушла туда, с проведованием, Иван, перемахнув через забор, понёсся семимильными шагами к тому разнесчастному домишку. В полутёмных сенях катался, клубок из человеческих тел. Понять ничего было невозможно. Иван рванулся туда, но, зацепив ногой что-то, рухнул на крыльце на колени. — "Чёрт! Чемодан?! Зачем убийце чемодан? Стоп!"
