— Во-первых, схема полностью нарисована от руки! Вы можете представить, какой это адский колоссальный труд, причем бессмысленный и абсурдный по сути! Ведь всё, то же самое можно сделать на два-три порядка быстрее и качественнее при помощи простейшего инструментария и автоматизации.
— Согласен, немного странно.
— Немного! — взвился пенсионер технических наук. — Можете не отвечать, но я и так ясно, что это только часть схемы, причем небольшая. Если же оценивать затраты времени на создание всей торсионной матрицы, как я её условно называю, то это несколько лет кропотливого ручного труда высококлассного ювелира или гравера. То, что изначально носитель не бумажный — это вне всяких сомнений.
— Удивительные вещи вы говорите, никогда бы не подумал, что есть такие сумасшедшие ролевики, настолько вжившиеся в роль, что готовы годами работать над такой чепухой.
— Не надо ерничать. Никакие они не сумасшедшие, поскольку прекрасно знают, что делают. Матрица работает — это абсолютно точно, вне всяких сомнений.
— Матрицей вы называете рунный свиток, я правильно понял?
— Можно и так сказать, хотя такое название попахивает магией и шарлатанством. Так вот, обобщив результаты экспериментов и свои наблюдения, я пришел к очевидному выводу. Это не современные разработки, а попытка использовать древние технологии. Причем, имея в качестве образца работающий артефакт! — Петрович торжествующе откинулся на спинку кресла, закинув руки за голову, довольно улыбаясь.
— Можно узнать — откуда такой вывод?
— Все элементарно. Ручная работа, использован примитивный, в сравнении с современным, инструмент, и самое главное — полное отсутствие понятия о дифференцировании!
— Простите о чем?
— О дифференцировании! Ну, вы же в школе это наверняка проходили. Предел, производная — неужели не помните?
— Это, само собой, разумеется!
Конечно же, помню. Но, очень, очень приблизительно. Можно добавить, что кроме самих, смутно знакомых, названий, больше ничего и не вспоминается, но это уже другой вопрос.
Алексей Петрович сразу понял, насколько глубоки мои познания в теме и попытался объяснить доступно. Ну, как ему показалось, популярно для чайников.
— Возьмем простейший пример. С площадью криволинейной трапеции.
Жуть какая-то! Я и о прямолинейных трапециях никогда не слышал, а уж об этих?!
— Ладно, не будем о грустном, дитя ЕГЭ. Представь, что нам надо сделать емкость для воды из стального листа. Как узнать, при какой длине, высоте и ширине получится наибольший объем?
— Попробовать разные варианты, потом выбрать, тот, что больше всего устроит.
— И сколько таких вариантов надо обсчитать? — задает наводящий вопрос профессор.
— Чем больше, тем лучше! — выдаю гениальную до безобразия мысль.
— А если проект сложный и таких деталей надо огромное количество обсчитать? Представляешь, сколько на это уйдет времени, а если переменных больше и форма не идеальный куб? Тогда не факт, что получится, хоть сколько-то близкий к идеальному, результат. Достаточно неправильно выбрать методику подсчета и весь тяжкий труд насмарку. А при помощи дифференцирования, или производной, мы сразу получаем точный правильный ответ!
— Вы хотите сказать, что рунная схема не идеальная и её можно улучшить при помощи современных методов?
— Браво! В самую точку. Но это только то, что на поверхности. Улучшение качества узора, оптимизация самой структуры — это все обязательно даст эффект. Но ведь, можно пойти дальше и на основании старой матрицы создать что-то новое! Это древним ученым надо вручную месяцами копировать куски «кода», чтобы проверить предположение или идею. Нам же для этого достаточно пары щелчков мыши.
— Неужели все так просто? — перспективы ошеломляющие, даже дух захватывает.
— Эго я не говорил. Работа огромная предстоит, проблем — великое множество. К примеру, торсионное поле имеет инерцию восстановления. То есть, два абсолютно одинаковых опыта выполненные в одном месте в течение короткого промежутка времени дадут разные результаты! Напряженность поля падает после прохождения резонанса. В популярных терминах если описать, то энергия истощается и восстанавливается отнюдь не мгновенно.
Осушив стакан воды, кандидат наук подвел итог:
— Мне нужен источник энергии. Не могу же я проводить опыты, каждый раз меняя месторасположение лаборатории, либо неделями ждать, пока восстановится прежний уровень энергии в окружающей среде. К тому же, матрица рассчитана на совершенно другие параметры торсионных полей и естественный фон для этого явно недостаточен.
— Почему вы решили, что у меня он есть?
— До сего дня только предполагал, но когда услышал про контейнер для транспортировки — понял, что он у вас есть. Поведение торсионного поля в вакууме — одно из первых исследований, которые я провел. Про использование серебра и текущей воды для экранирования даже не подозревал. Сами догадались?
— Почти. Идея не новая — в литературе встречается. Проверил на практике — сработало.
