– Да я вообще-то лекарства не употребляю.
– Это не лекарства. Пей.
Я выпила. Этот человек вызывал у меня безграничное доверие, сомневаться в его доброжелательности не приходило в голову и, закапав послушно нос, я вновь оказалась в его объятьях.
Занимаясь со мной любовью, он был спокоен, даже как-то чересчур спокоен, могло показаться, что он просто выполняет некий неизбежный ритуал, без которого весь процесс остановится и исчезнет без следа. Он не поражал ни своим умением, ни своей страстью. Порой он выглядел отрешённым, и возникало чувство, что его здесь нет, а осталось лишь тело, наделённое древним инстинктом.
О чём он думал? Что занимало его мысли в этот момент? Эти вопросы так и остались без ответа – я не решилась их озвучить, а он не счёл нужным об этом разговаривать.
Через некоторое время он уже кормил меня салатом, голышом пританцовывая на кухне под какой-то динамичный мотивчик, и в этот момент он весь был здесь, его глаза сияли – он был счастлив.
Телефонный звонок возвестил меня о том, что надо выйти на остановку и встретить Машу.
Вернувшись уже с Машей домой, мы увидели взрослого дядю Женю, который одевшись и приняв умный вид, чему вполне способствовали маленькие очки, пристроенные на кончик носа, что-то читал, сидя на диване. Разувшись и пройдя в комнату, я присела рядом.
– А ты чего футболку на левую сторону одел?
Из-под очков на меня уставились растерянные глаза:
– Ну… как ты положила, так я и одел.
Ситуация была до того комичной, что даже Маша, до этого стоявшая в сторонке и рассматривающая дядю Женю, весело улыбнулась и принялась с удовольствием демонстрировать гостю свои новые тапочки – этой маленькой женщине не составило никакого труда вмиг покорить опытное мужское сердце.
Распрощавшись, Женя вскоре ушёл.
Тем временем приближалось первое число – день, когда хозяева приезжали за деньгами. Уже на протяжении пары месяцев я чувствовала, что обязанность оплачивать мне квартиру стала тяготить моего покровителя. Он всё реже звонил, и визиты его приобрели слишком формальный характер – зачем-то приехав, он торопился выпить кофе и попрощаться.
Стараясь в своей жизни никого зазря не напрягать, я сама тяготилась этим положением и всерьёз стала задумываться о том, что пора что-то менять. Месячная плата за квартиру составляла три четверти моей зарплаты, следовательно, мне нужно было либо менять работу, о чём я тоже уже начала задумываться, либо искать более дешёвое жильё.
Накануне мне пришлось позвонить и напомнить о необходимости очередного взноса, на что мне было сказано, что всё будет своевременно.
На следующий день на мой стол легли очередные девять тысяч.
– Саш, эти деньги – последние. Больше я тебя не побеспокою. Не знаю пока как, но дальше я буду платить за квартиру сама.
– Каким образом? – ответил мой Опекун, нервно поёжившись на табуретке.
– Я же говорю – не знаю, но у меня всё будет хорошо, не беспокойся.
– Я знаю. У таких, как ты, всегда всё хорошо.
Вот так, одним махом, я опрокинула свою жизнь в очередную яму под названием неизвестность, но вот что примечательно, меня это перестало расстраивать, а наоборот, мобилизовало все силы и придавало уверенности, что у меня действительно всё получится.
На следующий день, вернувшись с работы, я обнаружила на кухне пакет с фруктами, а ещё на следующий день попросила вернуть мне второй комплект ключей – мужчина повиновался без всяких возражений.
Убедившись, что Маша заснула, я прошла на кухню. Теперь в голове постоянно крутилась мысль о том, как же я буду жить дальше. Вариант поиска другого жилья повергал меня в уныние: более дешёвая квартира это не выход, потому что разница в цене всё равно будет минимальной, а это означало, что нужно искать комнату. Но что такое комната? Это наличие посторонних людей, это чужие законы и правила, это непременные ограничения.
Я не могла понять, на чём же мне остановиться и как действовать дальше, но что-то не давало мне отчаяться, и откуда-то издалека ко мне неслась надежда. В тот момент, когда я решила успокоиться и немного подождать, в коридоре раздался телефонный звонок.
– Привет!
– Привет.
– Как жизнь? Чем дышишь? – услышала я жизнерадостный Женин голос.
Не успев остановить себя, я в двух словах рассказала события двух минувших дней.
– Давай я буду оплачивать твою квартиру.
– Нет, я этого не хочу.
– Ну, ты ведь понимаешь, что я могу себе это позволить. Почему ты не хочешь?
– Я уже попробовала жить за чей-то счёт и мне это не понравилось. Какая разница кто именно будет за неё платить, я этого не хочу в принципе. Я хочу сама решить эту проблему без чьей-либо помощи. Спасибо тебе.
– Ну, хорошо. Ты знаешь, как меня найти. Я всегда буду рад тебе помочь.
– Да, я знаю, спасибо, но я как-нибудь сама.
Поболтав ещё немного, мы попрощались, он поехал домой, а я отправилась спать.
