София улыбнулась, вспомнив своего начальника, и то, как он однажды сказал ей вот точно такую же фразу на одном из многочисленных уроков по психологической адаптации. Тогда ей рассказывали о философии совершения убийства над человеческой личностью, какие бывают предпосылки и психологические последствия. Как правильно их увидеть, нейтрализовать или избежать и никогда больше к ним не возвращаться.
«Его зовут Олег» – мысленно проговорила София, и вслух наставнически сказала – Хороший совет, запомни его, он тебе пригодится.
Алекс ничего не стал спрашивать, посчитав это почему-то не нужным именно сейчас, и стал осматривать оружие. София как опытный инструктор по боевой подготовке начала объяснять Александру про принципы использования того оружия, которое было в их арсенале. Как собрать и разобрать его, что делать, если заклинил спусковой механизм, сколько патронов в магазине, как производить его смену, как быстрее это сделать, как лучше целиться, как стрелять так, чтобы наверняка поразить цель и не получить отдачу в зубы. За час лекции по боевой подготовке на солнце под шум прибоя и шелест листвы едва заметно покачивающихся высоких пальм, Алекс запомнил практически всё и быстро отвечал на контрольные вопросы Софии, удивляясь тому, что сознание само приводило новые факты и правила пользования оружием, технику ведения боя на пересеченной и открытой местности. София и сама начала удивляться тому, что Алекс не только отвечал на её вопросы её кратким обучением, но и предлагал свою версию, иногда лучше, чем краткий курс молодого бойца.
– Похоже, до амнезии ты изучал множество дисциплин в течение длительного времени, или прошёл интенсивный курс наиболее важных из них – начала София, между делом прислушиваясь к природе. – Все твои движения, реакция – это универсальные навыки, и при амнезии они не стираются, как, к примеру, эмоциональное воспоминание о том, как ты на своём дне рождении занимался сексом с девушкой на стиральной машинке, а потом на следующий день она променяла тебя на другого. Память на события и факты из личной жизни могут на неопределенное время уйти глубоко в подсознание, но память о механических действиях, их последовательности и общих интеллектуальных знаниях не сотрется никогда.
– Неужели я и вправду это всё осваивал и изучал? – дивился Алекс сам себе, и тому, как на уровне сознания выплывали новые данные и профессиональные знания.
После того как они собрали оружие, и София одела на себя тёмно-синие короткие джинсовые шорты и чёрную, местами порванную футболку, они отметили то, как незаметно солнце начало сбавлять мощь своего обогрева и стало по-черепашьи медленно клониться к горизонту. Где-то очень далеко на горизонте, где каждый день сходились лицом к лицу две стихии, внезапно стали формироваться тёмные тучи. Через некоторое время оттуда доносились едва слышные раскаты грома. Ветер, охлаждающим массивом, шедший с океана, начал усиливаться, а солнце подкрасило набегавшие редкие облака алым цветом. До истинного заката оставалось ещё несколько часов, и София, вспомнив многочисленные уроки и тренировки по выживанию в экстремальных климатических условиях, смотря на горизонт, и отмечая про себя факторы погоды, повернулась к Алексу.
Сам Сокольский тем временем собирал сухой хворост и кору от пальм для костра, складывая всё это в кучу, сооружая будущее место обогрева около склонившейся к песку пальме.
– Я тут определила – сказала София, походя к Алексу и глядя на то, как он разводит костёр, параллельно начав внимать её словам. – Так вот, судя по растениям, некоторым знакомым мне видам, судя по запаху и вкусу морской воды – София при данном умозаключении улыбнулась и продолжила – судя по тому, как заходит солнце и как оно стояло днём в зените… Ну, в общем, я предполагаю, что мы с тобой в тропиках Тихого или Индийского океана. Но мне почему-то кажется, что больше Индийского.
– Это плохо? – спросила Сокольский, почесав щёку, подкидывая к разгоравшемуся маленькому пламени сухую кору пальмы.
– Ещё когда я разыгрывала полубредовое состояние в вертолете, я посчитала кое-что. Получается, что мы взлетели с острова, и нам развязали глаза после часа пребывания в воздухе, потом мы летели ещё приблизительно пару часов. Куда – неизвестно. Но судя по падению вертолёта и расположению побережья этого острова относительно солнца, летели мы с юго-запада.
– А ещё сидя в вертолёте, вдалеке от большого острова я видел гряду мелких островов и атоллы – сказал Алекс и, посмотрев на горизонт, подкрашенный с одной стороны первыми зачатками заката, а с другой стороны набегавшими вдалеке тучами, указал пальцем за спину – в общем, где-то там острова, группа островов.
