Каждый занялся своим делом. София расстелила на песке ткань, больше похожую на военную палатку и начала разбирать по очереди всё оружие. То, что она подняла с затонувшего вертолёта, смотрелось не как набор для обороны, а скорее всего, как амуниция для подготовки к революционному восстанию в одной из забытых богом и инвесторами африканских стран. София разобрала и положила на просушку четыре карабина Хеклер-Кох модели №416, два с укороченными и два с длинными стволами. К этим карабинам она нашла в поврежденной кабине вертолета по паре запасных обойм на каждый карабин. Каждая обойма вмещал в себя по тридцать патронов, и пока она раскладывала принадлежности к карабину, она занялась параллельно любимым делом – математическим вычислением. София установила, что при её умении стрелять и тратить на жертву по одному патрону, она сможет перебить из этих четырех карабинов триста шестьдесят человек – столько наёмников за ними точно не отправят – шансы на выживание заметно выросли. Затем брюнетка разобрала тот пистолет, который не ожидала найти среди вооружения противника, но которому была всегда рада, своему любимому Beretta PX4 Storm. Она со странным чувством удовольствия уделила ему больше всего времени, буквально разобрав его, просушив и собрав обратно, в то время как другие либо сохли в разобранном состоянии, либо ещё ожидали своей очереди. Положив его на отдельное место, и пожалев, что под рукой не оказалось смазки, София собрала и разобрала для Алекса пистолет той же марки Beretta 9000. К этим двум пистолетам было лишь по одной запасной обойме. Данное оружие она изъяла при погружении у пристёгнутых к сиденьям мертвых пилотов. Они им больше ни к чему – заключала она в тот момент, когда занималась вынужденным мародёрством.
С взрывчаткой С4 и боезапасом дело обстояло более благоприятно, они оказались в непромокаемой сумке, которую София была не в состоянии поднять с остова вертолета. Ей пришлось привязать сумку к спасательному жилету, надуть его, выдернув шнур. Вздутый жилет поднял на поверхность увесистый саквояж. Раскрыв сумку, София рассортировала обоймы к карабинам и пистолетам. Все электронные предметы, находящиеся вертолёте, погибли в морской солёной воде, потому рации она не стала изымать. Покончив с разборкой оружия и ожидая пока остальные экземпляры будут сохнуть, София села в позу лотоса и как её учили в её родных стенах агентстве, принялась настраивать свой внутренний мир на гармонию с внешним, пытаясь поймать информационные нити, пропустить их через себя, создать твердую уверенность в успехе. Она стала обдумывать план возможных ответных действий.
Тем временем, бродя в пальмовой роще, Сокольский пришёл к окончательному выводу – пальмы либо слишком высоко, либо не очень, но нигде ничего похожего на длинную ровную палку нет.
– Рубить её под корень и завалить? Не вариант! – подумал Алекс, глядя на невысокую пальму, на которой висело достаточное количество зелёных кокосовых орехов – палки нет, нечем дотянутся. Блин, придется лезть.
Предварительно взяв веревку из набора, который София захватила из вертолета, Алекс распутал её, посмотрел оценивающе, отмерил нужную длину и отрезал с помощью мачете. Подойдя к пальме, он с ироничной улыбкой взглянул на неё и подумал – к чёрту все ухищрения! Подорвать её под основанием динамитом и всего делов. Нет, нельзя, взрыв, шум, огонь и столб дыма…мало ли кого-то привлечем. А-а-а-а, эта конспирация, эти проблемы, эта грёбаная память! Кто я на самом деле, если инстинктивно помог убить человека, пусть и плохого? И действительно, почему я не впадаю в панический ступор от вида мертвых тел? Ладно, прошлое может подождать, надо жить настоящим и решать проблемы сейчас.
С этими мыслями он подошёл вплотную к пальме. Он опоясал себя и пальму, сделав один большой ремень, отклонился, повисел, проверил, выдерживает ли узел и веревка его отклоняющееся от пальмы тело и вес – годится!
Потом Алекс упёрся ногами в пальму, подтянул ослабшую веревку наверх и отклонился, уперся руками и подтянул ноги. Получилось. Так он преодолел первые пять метров. Оставалось ещё десять. Страшно! Двигаясь потихоньку Алекс ощущал, как веревка всё сильнее впивается ему в спину, которая и без того ныла от напряжения. Ноги, упираемые в пальму голыми ступнями, давно поцарапались, кроссовки он оставил в плоту. Оказывается, он был обут, и когда София доставила его на остров, она сняла их и поставила на просушку. Умно! Подготовленная и продуманная дама – додумал он, стараясь отвлечься от колкой боли в ступнях
Преодолевая очередные метры таким незамысловатым способом, Алекс понял – нужно было связать ступни ног между собой на таком расстоянии, чтобы они чётко упирались в пальму и не расходились друг от друга. Вскарабкавшись до конечной точки, Алекс посмотрел на кокосовые орехи, росшие зелёной гроздью под раскидистыми листьями. Предвкушение от выпитой влаги разожгло жажду ещё больше. Срубив гроздь несколькими уверенными ударами мачете, и отправив её в полет вниз, Алекс тем же методом начал спуск. Он оказался таким же трудным.
