Забившись в левый дальний угол, Сокольский прикинул, что рука существа не дотянется до него. Уже хорошо. Вжавшись всем телом в каменную стену, юноша голой поцарапанной спиной почувствовал то, каким был холодным гладкий полированный камень, несмотря на жару, стоявшую на открытом пространстве. Солнце, висевшее над долиной и примыкающей к ней пальмовой роще со всех сторон, нависавшей вершиной горы и, раскинувшемуся в восьмиграннике стен каменному городу, беспощадно жгло, распространяя вездесущие ультрафиолетовые лучи. На улице воздух был слегка влажным и ещё тогда Алексу почувствовался запах смерти, витавший в нём. Однако тут он отметил, что в каменном помещении было прохладно и даже сухо.
Вдруг всё каменное помещение содрогнулось от мощного удара. Это было существо. Оно со всего размаху врезалось в дверной проём, и Алекс взмолил небесам и Вселенной, чтобы древнее строение не рассыпалось как саманная изба15. Последовал ещё удар, но каменный проём не поддался и стены тоже, а потолок не рухнул на него, только посыпалась каменная вековая пыль и мельчайшие крошки. Сокольский выдохнул, позволив улыбнуться подступающей старухи с косой. Тут чудовище явило в свете дверного проёма свою страшную обезображенную генной инженерией морду, и, Алекс интуитивно пожалел, что он не Дэвид Коперфильд16 и не умеет проходить сквозь стены. С пожелтевших клыков, вперемешку с зеленой тянучей слюной стекала кровь из развороченного пулей глаза. Бурая субстанция капала в лужицу на землю. Нос постоянно ходил ходуном, принюхиваясь и чуя жертву, её страх. Всунув голову глубже, существо застряло в плечах и зарычало. Зловонно дыхание, исходившее из пасти этого существа, было явно далеко от сладкого поцелуя европейской девушки, с которой ты провел ночь в одной из роскошных гостиниц Швейцарии. То был запах нежности и страсти, а здесь это чудовище разносило омерзительный запах гниющей изнутри плоти.
Развернув карабин в сторону дверного проема, и передвинув рычажок положения стрельбы на полностью автоматический режим, Сокольский успел засадить пару пуль в голову разъярённого существа. Оно отпрянуло от выхода и исчезло. Секунда, другая, третья. Ничего не происходило. Сокольский выставил карабин перед собой и решил перейти на середину стены из угла. И тут он снова просчитался. Существо мощным рывком запустило здоровенную руку в помещение и, схватив своими когтями дуло карабина, рвануло его на себя. Сокольскому чуть ли не выдернуло кисть с пальцем, не выпусти он рукоять. Алекс по инерции полетел на пол, вылетев на середину комнаты. Упав ничком, юноша тут же моментально ретировался обратно и вжался в стену в тот момент, когда возле его лица рассекли воздух чёрные когти чудовища. Оно снова убрало руку и зарычало так громко и протяжно, что Сокольскому подумалось, что это дикое и безумное существо смеётся над ним, человеком.
– Тварь! – закричал и зарычал сам Сокольский что есть мочи, приходя в бешенство от собственного бессилия. Вынув пистолет из кобуры, Алекс посмотрел на чёрную Беретту, и в его голове пронеслась жуткая мысль – всего лишь одна пуля и всё, никаких мучений. Нет, я не сдамся без боя!
В проёме снова показалась здоровенная лапища, Сокольский интуитивно и мгновенно присев, услышал то, как на уровне его бывшей головы по стене прочертили полосы когти, высекая при этом искры и каменную крошку.
– Чёрт, а у него длинные руки! – прошипел Алекс, лихорадочно соображая, что же делать дальше.
И снова обезображенная волосатая мускулистая рука-лапа. На этот раз она прошла по вертикали, и Алекс успел отскочить в другой угол прежде, чем она выскребла из камня крошку и оставила борозды на полу.
– Долго я скакать не смогу, рано или поздно зацепит – проносилось в голове, пока Сокольский в очередной раз уклонялся от смертельной когтистой лапы.
Снаружи раздался человеческий крик, и разъярённое существо отпрянуло от двери. Алекс быстро переместился в центр стены и, всматриваясь в проём дальше ног существа увидел её.
– Твою-то мать, что ты делаешь? – прошептал Сокольский, глядя на Софию, находившуюся в проёме между каменными идолами. В эти секунды девушка уверенно стояла на своих красивых длинных, стройных и напружиненных ногах. Она стояла на залитом солнце пространстве, одетая в чёрные джинсовые шорты и промокшую чёрную в облипку футболку. И стояла она без оружия в руках!
– Какого чёрта!?! – снова прошептал Алекс, недоумевая и пытаясь понять, что она вообще делает и что её сподвигло на это?!
Вход в главные ворота и каменное здание, в котором был зажат Алекс, разделяли каких-то пятнадцать метров.
София снова что-то крикнула и животное, забыв про юношу, двинулось в сторону девушки, рыча, наверное, от радости, ведь долго бегать не придется. На открытом пространстве она всё равно от него не убежит.
