Илья напросился к Имиру в ученики. Стать пилотом и научиться пилотировать корабль всегда пригодится. Если не для побега, так для члена экипажа «Лиора». Так назывался корабль близнецов. Имир согласился обучать блондина. Тем более что время есть. До ближайшей действующей станции лететь почти неделю. И один гиперпрыжок.
– Не переживай. На станции никто не обратит на тебя внимания. Там обитает множество различных рас, – успокоил попаданца Имир, пока тот управлял кораблем. – Нет рабства, и все находятся в одинаковом положении.
– Почему вы раньше не сказали нам об этом? Что в этой части галактики есть станции и планеты, где отсутствует рабство? Мы бы тогда не искали необитаемую планету. И Юру бы не потеряли…
– Вы не спрашивали.
– Вы нас считали неразумными животными и вряд ли бы стали отвечать.
– Ты ведь не отсюда? Я прав? – поинтересовался Имир.
– Что? Откуда?..
– Я наблюдал за тобой. Сопоставил и многое понял. Ты говоришь, а наши котэры только мяукают. Разумен и понимаешь наш язык. Разбираешься в медицине. Умеешь драться и стрелять. Легко обучаем, неконфликтен. Стараешься вести переговоры там, где обычный котэр вступил бы в драку. Легко идешь на контакт и ведешь себя как равный. Так откуда ты? Где есть планеты, где котэр выращивают, учат и обучают, как людей?
– Ты мне не поверишь, – с сожалением в голосе ответил Илья.
– А ты попробуй. Может, и поверю.
– Я не котэр…
– Врешь!
– Ну, вот видишь? Не веришь.
– Ты выглядишь как самый настоящий котэр, – не согласился Имир. – Редкий из-за окраса. Значит, ценный и очень дорогой. Будешь продолжать врать? Или скажешь, откуда ты?
– Я не всегда был тем, кто сейчас. И вообще, насколько я понял, не из этой галактики. Хотя раньше был очень похож на вас с братом. Человек. Наверное, когда-то давно при переселении наши предки пошли в разные стороны галактики, и каждый из них нашел свой путь развития и жизни. Возможно, поэтому внутренне мы и отличались от вас. Эволюция, условия жизни и пути развития сделали нас немного разными.
– Немного? Ты котэр, я человек. Ты животное, я разумен. Умнее, сильнее, выносливее, – не поверил ни единому слову попаданца Имир.
– Зачем тогда требовать у меня ответы, раз ты меня даже не слышишь?
– Слышу. Ты не человек и не можешь им быть.
– Но я им был, хочешь верь, хочешь нет, – ответил Илья и закончил бесполезный разговор.
Все равно ни Имир, ни Тирэн ему не поверят, пока попаданец не найдет хоть одно доказательство и не предъявит близнецам. И это стало его первоочередной задачей. Днем он учился управлять кораблем. По утрам и вечерам тренировался в рукопашном бое с братьями, оттачивал мастерство стрельбы из различных видов энергооружия. Как мобильных, так и больших. А ночами сидел в медотсеке и искал способ избавить себя от ДНК котэр или хотя бы убрать их доминантность, чтобы вернуть себе облик человека или хотя бы частично избавиться от кошачьей няшности. Было сложно. Он уставал так, что, касаясь головой подушки, сразу засыпал и спал до тех пор, пока его не будили стуком в дверь братья, зовущие на разминку с тренировкой.
========== 5 ==========
Космопорт станции принял путников без проблем. Он был оживленным и шумным. Кого там только не было! Илья никогда не видел столько инопланетян разных рас и внешности. Разглядывая все это в иллюминаторе, поражался, что раньше, там, где он жил, даже не подозревал о существовании подобных существ.
В первый день пребывания на станции братья его не трогали. С собой не звали, от тренировок освободили. Сначала Илья выспался, поел, а потом отправился в медотсек, чтобы продолжить свои изыскания и эксперименты.
Да, все это время он не принимал валько, в отличие от Славы. Их организмы по-разному воспринимали этот препарат местных генетиков, поэтому и подход к лечению и избавлению от зависимости у обоих парней был разным. Слава оставался таким, каким его впервые встретил Илья у работорговца. А вот его собственный организм, очистившись за неделю полета полностью, стал меняться. Илья подрос. Пусть всего на два сантиметра, но подрос. Стал шире в плечах, и у него появились кубики пресса. Мышцы стали рельефнее, а он сам - брутальнее. Сходство с милым и няшным котенком сглаживалось, и в нём появлялось что-то от бывшего тела человека.
– Еще бы эти ушки на макушке убрать куда-нибудь, и было бы совсем хорошо, – тихо сказал сам себе Илья, разглядывая свое отражение в зеркале.
Он уже привык и к хвосту, и к когтям. Тренируясь, начал использовать хвост для ударов и захватов. От этих тренировок хвост стал сильнее, удобнее в повседневной жизни и теперь не казался бесполезной веревкой, болтающейся и мешающейся где-то сзади. Да и когтями можно было разрезать практически всё, что угодно, даже сталь. Настолько они были прочными и острыми.
