— И как давно? — присаживаясь обратно, буквально на живую принимая сей факт без подготовки, поинтересовалась она.
— Около месяца, — засовывая в джинсы ремень, честно ответил я.
— И какой он? — не унималась мама, наматывая на палец свои бусы, нервно теребя их.
— Какой, какой… Мам, ну, успокойся ты. Я, конечно, не угрожаю, но и не обещаю. Но… Я ведь ещё ничего не решил, мне просто интересно, во что может перелиться эта симпатия… — ждать было некогда, я зашнуровал кеды и перед выходом добавил: — Мам… Кирилл это, Кирилл, — мне показалось или она и вправду вздохнула с облегчением?
***
До Кирилла я дошел крайне быстро, на этот раз мне повезло не встретить никого из своих знакомых, чтобы не остановиться и не заговорить с ними на совершенно не важные (на данный момент) темы.
Поднявшись на нужный мне этаж и остановившись у знакомой двери, чтобы позвонить в звонок, я заметил небольшую щель. От легкого сквозняка дверь немного покачивало.
Набраться терпения и просто позвонить в звонок, ума у меня не хватило, из-за чего я в эту же секунду схватился за ручку и потянул дверь на себя.
Она легко поддалась, без препятствий открывшись передо мной, без участия хозяина приглашая меня в квартиру.
Остановившись в прихожей, расшнуровывая кеды, я позвал Кирилла, который в данный момент, из-за играющей музыки в его комнате, уж точно меня не слышал. Поэтому, оставив все подозрения по поводу грабежа и взлома квартиры, я просто прошел в его комнату, застав парня спящим. Он лежал на своей кровати на животе, запустив одну руку под подушку и удобно подмяв её под голову. Видимо, играющая музыка (Breaking Benjamin — Without You) и часы ожидания утомили его, из-за чего парень сейчас казался таким беспомощным.
Мне, конечно, хотелось воспользоваться возможностью и лишний раз поиздеваться над ним. К примеру: раздеться и залезть в кровать, а когда он проснется, сказать, как все было круто и уйти домой, оставив его со странным ощущением незавершенности. Или же прямо сейчас запрыгнуть, но спросонья он точно испугается и скинет меня к соседней стене.
Оставив все странные, но такие манящие мысли, я присел рядом с ним на кровать, под негромкую, но такую приятную музыку, разглядывая его лицо. Такое чувство, словно песню писали специально для него. (Не высокое, но всё же достаточное знание английского языка, который, в основном, я учил по песням и играм, помогло мне вникнуть в её смысл, переводя частично некоторые строки.)
Рука сама потянулась к его волосам, которые закрывали глаза, мешая мне целиком разглядеть лицо, пока оно находилось в таком умиротворенном состоянии.
Не успел я толком коснуться его, как парень хитро открыл глаза, а затем снова их (по очереди) закрыв, пробубнил что-то типа: «попался» и перевернулся на бок. Все это кроме смеха у меня ничего не вызвало. Определить точно, был ли это сонный бред или же речь вполне разумного человека, у меня не получилось, поэтому, немного подумав, я все же решил подвинуть его слегка и прямо в одежде завалиться на кровать, забрав обе руки под голову и устремив свой взор в потолок.
Многие в такой позе обычно начинают рассуждать и философствовать на разные темы, будь то своя, чужая жизнь или же бытовые вопросы. Я же только смотрел и кроме белого потолка ничего не видел.
Тело, что всё это время лежало рядом, начало подавать признаки жизни лишь только спустя четыре песни, окунаясь с головой в которые, я сам чуть не уснул. Перевернувшись на спину и осторожно покосившись на меня, он тихонько выдохнул.
— Я думал, что мне причудилось, — посвятил он меня в свою реакцию, а затем, поднявшись с дивана, бросил короткое: «Я в ванную» и удалился.
Покрутив немного головой, я наткнулся на полку, которая была заставлена дисками. Поднявшись и осторожно подкравшись к ней, пока нет хозяина, я бегло прошелся по названиям, стараясь найти диск одной из своих любимых групп, чтобы та была спутницей сегодняшнего вечера, и, как ни странно, нашел! P.O.D. — в своё время слушал днями и ночами их песни. Я был настолько доволен инструменталом и вокалом, что просто не мог от них отстать. Я извлек диск из коробки, вставляя в проигрыватель, не забыв вынуть из него уже стоящий диск, который вернулся на своё законное место — в упаковку и на полку.
Вернувшись на кровать и слушая звучание одной из любимых песен (P.O.D. — Going In Blind), я даже не заметил стоящего в дверях Кирилла с полотенцем на бедрах.
— Скучал? — поинтересовался тот, складывая руки у себя на груди, из-за чего вид на его татуировку, которой я успел полюбоваться в прошлые разы, снова был мне открыт. Надо бы и себе набить что-нибудь.
— Да, — я слегка привстал. — Знаешь, я, кажется, придумал, что тебе поможет расслабиться и что отвлечет тебя от твоей физики, — ухмыльнулся я, забираясь с ногами на диван и провожая взглядом Кирилла, который снова куда-то ушел, не сообщив мне зачем.
— И что же? — вернулся он, как ни странно, быстро, и уже без полотенца. Абсолютно голый! Что меня, мягко говоря, насторожило, заставив задуматься, а не выпендривается ли он.
