Кто нашел, берет себе полностью

В ту пятницу Линда Зауберс пришла домой в половине четвертого. Пит с мокрыми после душа волосами сидел за столом на кухне и пил какао. Линда повесила пальто на один из крючков у двери, опять приложила внутреннюю сторону запястья ко лбу Пита.

— Холоден, как огурец, — сообщила она. — Чувствуешь себя лучше?

— Да, — кивнул он. — Когда Тина вернулась, я дал ей крекеры с арахисовым маслом.

— Ты хороший брат. И где она сейчас?

— У Эллен, где же еще?

Линда закатила глаза, Пит рассмеялся.

— Матерь Божья, неужели я слышу сушилку?

— Да. В корзине лежала грязная одежда, и я ее постирал. Не волнуйся, я следовал инструкции, и проблем не возникло.

Линда наклонилась и поцеловала его в висок.

— Ты теперь моя маленькая прачка?

— Хотел тебе помочь, — ответил Пит. И сжал правую руку в кулак, чтобы скрыть волдырь.

Первый конверт пришел в снежный четверг на следующей неделе. С напечатанным адресом: мистеру Томасу Зауберсу, дом двадцать три по Сикомор-стрит. В верхнем правом углу была сорокачетырехцентовая марка, выпущенная в честь Года тигра. Обратный адрес в верхнем левом углу отсутствовал. Том — единственный представитель клана Зауберсов, находившийся дома в середине дня, — вскрыл конверт в прихожей, ожидая новый счет или напоминание об уплате уже полученного. Бог свидетель, в эти дни хватало и первых, и вторых. Но это был не счет и не напоминание.

Это были деньги.

Остальные конверты — каталоги дорогих товаров, которые они не могли себе позволить, и рекламные проспекты, адресованные ЖИЛЬЦУ, — выпали из руки Тома и рассыпались по полу. Том Зауберс этого даже не заметил.

— И что, мать твою, это значит? — спросил он низким, хриплым голосом.

Когда Линда пришла домой, деньги лежали на кухонном столе. Том сидел, глядя на маленькую стопку, положив подбородок на сложенные руки. Он напоминал генерала, обдумывающего стратегию битвы.

— Что это? — спросила Линда.

— Пятьсот долларов. — Том продолжал смотреть на купюры. — Восемь полсотенных и пять двадцаток. Пришли по почте.

— От кого?

— Не знаю.

Она поставила портфель на пол, подошла к столу, взяла деньги. Сосчитала, потом посмотрела на мужа широко раскрытыми глазами.

— Господи, Том. А что в письме?

— Никакого письма. Только деньги.

— Но кто…

— Не знаю, Лин. Но знаю одно.

— Что?

— Применение им мы найдем.

— Срань господня! — воскликнул Пит, когда ему сообщили. Он задержался на школьном турнире по волейболу и явился только к обеду.

— Давай без грубостей, — рассеянно ответила Линда. Деньги по-прежнему лежали на кухонном столе.

— Сколько? — спросил Пит, а после ответа отца добавил: — И кто их прислал?

— Хороший вопрос, — усмехнулся Том. — На миллион долларов. — Впервые за долгое время Пит услышал, как отец шутит.

На кухню зашла Тина.

— У папы появилась волшебница-крестная, вот что я думаю. Эй, папа, мама! Посмотрите на мои ногти! У Эллен лак с блестками, и она поделилась со мной.

— Тебе очень идет, моя тыковка, — ответил Том.

Сначала шутка, потом комплимент. Этого хватило, чтобы убедить Пита, что он поступил правильно. Абсолютно правильно. Они не могли вернуть эти деньги, правда? Без обратного адреса не могли. И кстати, когда папа в последний раз называл Тинс тыковкой?

Линда пристально посмотрела на него:

— Ты ведь не знаешь, откуда они взялись?

— Нет, но можно мне немного?

— Мечтать не вредно, — ответила она и повернулась к мужу, уперев руки в бедра. — Том, очевидно, кто-то ошибся.

Том обдумал ее слова, а когда заговорил, его голос был спокойным:

— Маловероятно. — Он подтолкнул к ней конверт, постучав пальцем по адресу.

— Да, но…

— Никаких «но», Лин. Мы задолжали за отопление, а до того, как заплатим им, должны внести деньги за твою «Мастеркард». Или мы ее лишимся.

— Да, но…

— Лишившись кредитной карты, мы потеряем кредитный рейтинг. — По-прежнему никаких гавок-тявок. Спокойно и здраво. Убеждая. Питу казалось, будто раньше отец метался в бреду от высокой температуры, а теперь она спала. Том даже улыбнулся. Улыбнулся и взял Линду за руку. — Так вышло, что сейчас у нас остался только твой кредитный рейтинг, и мы должны его беречь. А кроме того, Тина, возможно, права, и у меня появилась волшебница-крестная.

Нет, подумал Пит, у тебя появился волшебник-сын.

— Подождите! — воскликнула Тина. — Я знаю, откуда они взялись!

Они повернулись к ней. Пита внезапно прошиб пот. Но она не могла узнать. Как? Правда, он по глупости ляпнул насчет зарытого сокровища…

— Откуда, милая? — спросила Линда.

— От этого Резервного фонда. Наверное, они получили деньги и теперь рассылают их.

Пит беззвучно выдохнул, только сейчас осознав, что какое-то время не дышал.

Том потрепал дочь по волосам.

— Они не рассылают наличные, тыковка. Они бы прислали чек. И кучу бланков для заполнения.

Пит направился к плите:

— Я хочу какао. Кто-нибудь еще хочет?

Как выяснилось, хотели все.

Конверты продолжали приходить.

Цена почтовой марки поднялась, но сумма не менялась. Примерно шесть дополнительных тысяч долларов в год. Деньги не слишком большие, но не облагаемые налогом, и их хватало для того, чтобы семья Зауберсов не утонула в долгах.