Я читаю сообщение дважды, затем беру со стола стопку документов и достаю чек из «Эспресс-О!». Смотрю на номер, написанный на обороте, проверяю дату. Чернила внизу листа размазались, и я не могу ее разобрать. Как давно этот чек лежит здесь? В доме тепло, но меня трясет, и чек дрожит у меня в руке. Я иду в кухню.
— Кейти?
— Да? — Она нарезает хлеб прямо на столе, не подложив доску, смахивает крошки в ладонь и высыпает их в раковину. — Прости. — Она видит мое выражение лица. — Тут всего пара крошек, мам.
Я показываю ей чек.
— Ты когда-нибудь бывала в этом кафе? — У меня кружится голова, будто я слишком быстро встала. Пульс зашкаливает, и я считаю удары сердца, пытаясь замедлить его биение.
— Мне так не кажется. — Кейти хмурится. — А где это?
— Рядом с Лестер-сквер.
Говорят, когда человек сталкивается с угрозой, у него может проявиться одна из двух реакций: бей или беги. Мое тело застыло, мне хочется сбежать, но я не могу пошевелиться.
— Ой, я знаю! По крайней мере мне так кажется. Внутрь я не заглядывала, но пару раз проходила мимо. Почему ты спрашиваешь?
Мне не хочется пугать Кейти. Я рассказываю ей о сообщении констебля Свифт, стараясь сохранять спокойствие, будто это не так уж и важно. Гул в моих ушах нарастает. Это не просто совпадение. В этом я уверена.
— Это всего лишь чек. Он не обязательно принадлежит человеку, создавшему веб-сайт, верно? — Кейти всматривается в мое лицо, пытается распознать выражение, понять, насколько я обеспокоена.
«
— Нет, конечно.
— Он мог очутиться здесь как угодно — его выложили из кармана пальто, из пакета. Я постоянно оставляю чеки в пакетах.
Мы обе притворяемся, что не случилось ничего странного. И этот чек — что-то безобидное. Как носок без пары. Или уличный кот. Ничего необычного. И этот чек вовсе не связывает маньяка с нашим домом.
Я хочу, чтобы Кейти оказалась права. Вспоминаю все те случаи, когда я брала пакеты из шкафчика под мойкой и обнаруживала там груду чеков от предыдущих покупок.
Да, я хочу, чтобы Кейти оказалась права, но по холодку, ползущему по позвоночнику, знаю, что это не так. Есть только одна причина, по которой этот чек оказался в нашем доме. Кто-то его принес.
— Но это странное совпадение, тебе не кажется? — Я пытаюсь улыбнуться, однако улыбка сползает с лица, обнажая кое-что совсем другое. Страх.
В моей голове вопит голос, к которому я не хочу прислушиваться. Всепоглощающее ощущение ужаса говорит мне, что я столкнулась с ответом на ключевой вопрос.
— Давай рассуждать логически, — предлагает Кейти. — Кто в последнее время бывал у нас дома?
— Ты, я, Джастин, Саймон, очевидно. Мелисса и Нейл. Стопка счетов и чеков, которую я вчера положила на стол, принадлежит Грехему Холлоу.
— Это может быть его чек?
— Да. — Я вспоминаю груду выпусков «Лондон газетт» на столе Грехема и совершенно резонное объяснение этому. — Но он так поддерживал меня в последнее время. Отпустил на больничный. Не представляю себе, чтобы он занимался чем-то подобным. — Тут я вспоминаю кое-что еще. Может быть, полиция и не нашла никаких доказательств связи Айзека с веб-сайтом, но это не значит, что их не существует. — Мы убирали со стола перед воскресным обедом в прошлом месяце. Тогда приходил Айзек.
— На что ты намекаешь? — Кейти приоткрывает рот от изумления.
Я пожимаю плечами, но мой жест не выглядит убедительным.
— Ни на что я не намекаю. Просто перечисляю людей, которые в последнее время заходили к нам в дом.
— Ты думаешь, Айзек как-то связан с этим? Мам, я с ним познакомилась уже после того, как все это началось. И ты сама говорила, что объявления выходят с сентября.
— Он сделал твою фотографию, Кейти. А ты об этом даже не знала. Тебе не кажется, что это странно?
— Он отправил ее другому члену труппы! А не использовал на веб-сайте! — Кейти уже кричит на меня, порядком разозлившись.
— Откуда ты знаешь? — кричу я в ответ.
В комнате повисает тишина, мы таращимся друг на друга.
— Этот чек мог принадлежать кому угодно, — упрямо говорит Кейти.
— Значит, обыщем дом.
Она кивает.
— Начнем с комнаты Джастина.
— Джастин? Ты ведь не думаешь… — Я вижу ее выражение лица. — Ладно.
