— Саймон? — потрясенно переспрашивает Мелисса, на ее лице такой же шок, как, наверное, и у меня. — Ты уверена?
Я рассказываю о чеке из «Эспресс-О!», о сообщении от констебля Свифт.
— Саймон потерял работу в августе, как раз незадолго до того, как начали выходить те объявления. Он солгал мне.
— Тогда какого черта вы до сих пор здесь? Где Саймон?
— У него собеседование в редакции неподалеку от «Олимпии». Не помню, когда именно, кажется, он сказал, что после полудня.
Мелисса смотрит на часы.
— Он может вернуться в любую минуту. Пойдемте ко мне, оттуда вызовем полицию. Ты что-то подозревала? В смысле… Господи, Саймон!
Я чувствую, как мой пульс опять ускоряется, в груди болит, кровь шумит в ушах. Мне вдруг кажется, что мы не выберемся отсюда: Саймон вернется домой, а мы еще будем на чердаке. Что он сделает, когда поймет, что его раскрыли? Я думаю о Тане Бекетт и Лоре Кин, жертвах его чудовищной онлайн-империи. Что удержит его от того, чтобы убить еще троих? Я встаю и хватаю Кейти за руку.
— Мелисса права, нужно убираться отсюда. Где Джастин?
Меня охватывает ужас. Сейчас мне нужно, чтобы вся семья была в сборе, нужно удостовериться, что мои дети в безопасности. Как только Саймон узнает, что нам все известно, он может сотворить все, что угодно.
— Успокойся, он в кафе, — отвечает Мелисса. — Я только что оттуда.
Облегчение отражается на моем лице.
— Но он не может остаться там. Саймон знает, где его найти. Кому-то придется его заменить.
Мелисса переключается в деловой режим. Сейчас она напоминает врача, оказывающего помощь потерпевшим во время стихийного бедствия: четкие инструкции, помощь, попытки успокоить пострадавшего.
— Я позвоню ему и скажу, чтобы он закрыл кафе.
— Ты уверена? Он мог бы…
Мелисса опускает ладони мне на щеки и придвигается ближе, заглядывая мне в глаза и заставляя сосредоточиться на ее словах:
— Мы должны уйти отсюда, Зоуи, понимаешь? Мы не знаем, сколько у нас времени.
Мы бежим вниз по лестнице, поворачиваем на втором этаже, сминая ковер, и, не останавливаясь, мчимся на первый этаж. В прихожей мы с Кейти хватаем с вешалки пальто, и я оглядываюсь в поисках сумки, но Мелисса меня останавливает:
— На это нет времени. Я зайду за ней, когда вы с Кейти будете в безопасности.
Мы захлопываем входную дверь и мчимся к дороге, даже не потрудившись запереть дом. Еще один поворот, пробежка — и мы у калитки Мелиссы. Она отпирает входную дверь и проводит нас в кухню.
— Нужно запереться внутри. — Кейти переводит взгляд с меня на Мелиссу, на лице ее ужас, нижняя губа дрожит.
— Саймон не станет искать нас здесь, солнышко, он даже не знает, что мы у Мелиссы.
— Как только он увидит, что нас нет дома, он сразу догадается, где мы. Заприте дверь, пожалуйста! — Кейти близка к истерике.
— Думаю, она права.
Мелисса запирает входную дверь на два замка, и, несмотря на мой ответ Кейти, мне сразу становится легче, когда я слышу щелчок задвижки.
— А задняя дверь? — Кейти уже трясет.
Меня переполняет гнев. Как Саймон смеет доводить мою дочь до такого состояния?
— Она всегда заперта. Нейл волнуется, что нас могут ограбить, и даже хранит ключ в таком месте, чтобы его не было видно из сада. — Мелисса обнимает Кейти за плечи. — Котенок, ты в безопасности, уверяю тебя. Нейл уехал в командировку на всю неделю, поэтому можете оставаться здесь сколько хотите. Давайте вы поставите чайник, а я позвоню этой вашей Свифт и расскажу о чеке. У вас есть ее номер?
Я достаю телефон из кармана, снимаю блокировку экрана, нахожу номер Келли Свифт в списке контактов и передаю мобильный Мелиссе.
— Наверху связь лучше. Дайте мне две минутки. А пока приготовьте кофе, ладно? Фильтры рядом с кофеваркой.
Я включаю кофеварку, поблескивающую хромированными поверхностями, — современная модель, в ней можно взбивать молоко для латте, смешивать капучино, бог знает что еще делать. Кейти расхаживает по кухне, подходит к складной двери в сад, трогает ручку.
— Заперто?
— Заперто. Мне страшно, мам.
Я стараюсь говорить спокойно, скрыть пульсирующий в теле ужас.
— Он не доберется до нас здесь, солнышко. Констебль Свифт приедет и заберет нас, а потом они пошлют полицейских арестовать Саймона. Он не сможет нам навредить.
Я стою перед кофеваркой, опустив ладони на рабочую поверхность стола, холодящую мне руки.
Теперь, когда мы сбежали из дома, мой страх оборачивается гневом, и мне приходится прилагать все усилия, чтобы скрыть свои эмоции от Кейти, ведь она и так уже на грани истерики. Я думаю о том, как Саймон лгал мне все те месяцы после увольнения, как он настаивал, что это не моя фотография напечатана в «Лондон газетт», когда я принесла домой выпуск. Как я могла быть такой дурой?
