– Я?.. Вот гонял за боеприпасами. Босс, понимаешь, гуляет… – Хохол кивнул в сторону трехэтажного особняка, видневшегося в проеме ворот.
– Босс, говоришь? И кто же он?
– Будто не знаешь? – удивился Хохол. – Галя, конечно. Это ж его поместье.
Нефедов нахмурился:
– Галя… Но ведь он, кажется, бандит… Ты что ж это – у него шестеришь?
– И вовсе не шестерю, – обиделся Толя. – Если хочешь знать, я здесь типа управляющий. И вообще он от старых дел отошел – у Гали теперь типа бизнес.
– Понятно, – усмехнулся Нефедов. – От дел отошел и построил домик… Ладно, передавай ему привет.
Он протянул Толе руку для прощания, но тот удержал его ладонь в своей.
– Как это так – «передавай привет»? Давай уж ты сам! Галя гуляет, он тебе рад будет. Все равно ты, я вижу, без дела шатаешься.
Игорь заколебался. С Галей они не виделись лет пятнадцать – с тех самых пор, когда у того начались «дела», от которых он якобы теперь отошел.
– Пальцы-то… он не станет? – засомневался Нефедов.
– Чего?
– Растопыривать.
– Ну что ты, – успокоил Толя. – Галя мужик простой.
Он подтолкнул Игоря в сторону особняка:
– Шагай смелей, Гарик! Мы собак еще не спускали.
Очутившись во дворе, Нефедов понял, отчего хозяйская машина торчала багажником из ворот. Площадку перед домом занимал красный автомобиль Ксенофонтова.
– Давно с ним не виделся, – пробормотал Игорь.
– Видишь, – откликнулся Толя, – а ты не хотел зайти.
Спрятанными где-то фотоэлементами дом почуял их приближение и дополнительно осветил парадное крыльцо. Но Толя на крыльцо не пошел, а повел Нефедова кругом – куда-то за угол. Там оказался еще один вход, уже без фотоэлементов. Здесь Хохол, у которого руки заняты были пакетами, без церемоний постучал в дверь ногой.
– Галка!.. – крикнул он. – Открывай, где тебя носит!..
Нефедов готов был уже встретиться лицом к лицу с «боссом», но… дверь отворила женщина.
– Знакомься, Гарик, – сказал Хохол. – Она тоже Галка.
– Очень приятно… – удивленно пробормотал Нефедов.
«Тоже Галка» ничего не ответила, а лишь взглянула на вошедших карими матово-блестящими глазами.
– Жинка моя, – пояснил Толя. – Землячка с Украины.
– Поздравляю, – вежливо вставил Нефедов. – Деток не завели еще?
– Двое! Что-что, а это предприятие у нас работает.
Хохол с гордостью пришлепнул жинку по изрядному заду. Зад ответно вздрогнул, но хозяйка его, кажется, смутилась. Так ничего не молвив, она забрала у мужа пакеты и, сильно топая, ушла с ними куда-то вглубь дома.
– Я ее с хутора взял, – подмигнул Толя. – По-москальски размовляет неважно, зато в деле хороша. И с нашими собаками, кроме нее, никто не может управиться – звери, а не собаки.
Сбыв продовольствие своей хуторянке, Хохол повел Нефедова в жилые покои. Путь туда пролегал через устланный коврами холл и комнату, увешанную картинами реалистического письма.
– Культур-мультур, – заметил Хохол, не останавливаясь.
Откуда-то уже слышался энергичный хрипловатый баритон:
– Ты мне не дрыхни в натуре! Пришел в гости, так давай базарить… Слышь, что ли? Сейчас Галка кофе подаст.
– Нам сюда, – сказал Толя.
Середину комнаты, в которую они вошли, занимал огромный белокожаный подковообразный диван. Одно крыло дивана занимал своей грузной фигурой хозяин дома, а другое – Ксенофонтов, лежавший навзничь с открытыми глазами. Их разделял стеклянный низкий стол с остатками трапезы.
– Нет, ты видал, Хохол? Сложился! Упал, как кегля…
Эти слова были сказаны прежде, чем хозяин сообразил, что вошедших двое. Когда же он разглядел Нефедова, то шумно его приветствовал, впрочем не отрывая зад от дивана.
– Га-арик!.. Сколько лет, сколько зим!.. А мы тут маленько пьянствуем. Присоединяйся к нам, не побрезгуй, не гляди, что мы плохо воспитаны…
– Говори за себя! – неожиданно ясным голосом возразил Ксенофонтов. Положения тела он, однако, не изменил.
В комнату вошла украинка Галка и, ни слова не говоря, принялась наводить порядок на столе. Двигалась она без особого изящества, но мужчины притихли, с интересом за ней наблюдая. Выставив чистые рюмки, Галка подкатила к столу бар на колесиках и удалилась.
– Повезло Хохлу с бабой, – заметил хозяин. – Главное дело, помалкивает – не то что другие прочие.
– Ты тоже женат? – поинтересовался Нефедов.
На Галино лицо набежала тучка.
– Женат… Я свою в нашем стриптиз-клубе надыбал, а надо было, как Хохол, с хутора брать. Ноги от ушей, а сама дура дурой…
– И где же она сейчас?
– Слава богу, в Испании. Силикон себе новый вставила – и к морю… Ничего, вот детей ей заделаю – будет знать, как по курортам шастать.
– А сам-то ты как? Толя говорит, ты вроде вышел из своего профсоюза?
– Так и есть… – Галя вздохнул с печальной усмешкой. – Теперь я типа на дембеле. Да и с кем воевать? Братва моя полегла смертью храбрых, а кто уцелел, все теперь в бизнесе.
– И ты, значит, тоже?
– Что я, хуже людей? Вот, магазин открыл – торгую стройматериалами.
– Интересное дело.
– А то! Доска шпунтованная, тес, вагонка… Я тут и к культуре пристрастился. Видал мою галерею? Как у Армани стал одеваться, так меня это дело и засосало. Бабе силикон да цацки, а мне живопись подавай…
