— Никакой помощи не потребуется, дорогой Кашалот! — раздался голос Гепарда. Выдающийся спринтер приближался огромными прыжками, сообщая на ходу сенсационную новость:
— Задача уже решена, блестяще решена, и заслуга в этом принадлежит Галочке!
— Какой Галочке? — Кашалот ошалело уставился на Гепарда. За разыгравшимися в кафе драматическими событиями он успел забыть, кто это такая…
— Ну как же, Слоновая Черепаха, — напомнил Удильщик, — которую…
— Ах, да, вспомнил, — перебил Кашалот, — которую пригласила Мартышка. Она с Галапагосских островов, верно?
— Абсолютно точно! — подтвердила Мартышка. — У вас отличная память, дорогой наш директор кафе! И вы вспомнили также, надеюсь, что Гепард пошел проводить её к столу Белого Медведя — того самого непрошибаемого посетителя, который довел вас до полуобморочного состояния.
— Так-так-так… — Кашалот повернулся к Гепарду. — И что же там произошло?
Остальные коапповцы также жаждали услышать всё в подробностях, и Гепард, едва отдышавшись, поведал коллегам следующее.
Когда он подвел Галочку к столику, за которым томился в одиночестве Белый Медведь, она, едва усевшись, начала свой рассказ о встрече с Дарвиным. Другие посетители стали прислушиваться, а потом и подсаживаться… Постепенно за столиком собралась тепленькая компания отпетых хищников. Они заставили Галочку повторить свою историю восемь раз, и кто-то тут же подсчитал, что в этом году ей исполнится ровно двести лет. А так как, рассказывая, она непрерывно уплетала помидоры, то все решили, что ее завидному долголетию способствовала помидорная диета. А кому не хочется прожить два века? Словом, все присутствующие в кафе хищники решили…
— Можете не продолжать, — прервала его Мартышка, — я знаю, что вы скажете, потому что именно такова и была моя задумка! Значит, мой замысел удался: прельщенные Галочкиным долголетием, все присутствующие в кафе хищники решили перейти на…
— Официанточка! — донесся до коапповцев зычный голос Белого Медведя. — Или кто там — директор!
— Я вас слушаю, — откликнулся Кашалот и направился в сопровождении своих верных соратников к его столику. Но они увидели уже не столик, а множество столиков, составленных вместе. За ними сидели любители мясных блюд — звери, птицы, рыбы, змеи, крокодилы, и прочие… словом, цвет мирового хищничества, а в центре величественно восседала Галочка, неизвестно который раз повторявшая рассказ о встрече с Дарвиным, и угощала благодарных слушателей помидорами. Высокая горка их на огромном блюде таяла на глазах…
— Заказ хочу изменить, — заявил Белый медведь. — Можно? Вместо рыбки мне бы помидорчиков…
— И мне!
— Мне тоже! — неслось со всех сторон.
— Хм… — задумчиво произнес председатель. — Два века… А обычно Кашалоты едва доживают до шестидесяти… Пожалуй, и я бы от помидорчиков не отказался… — и уже через несколько минут он звонил на овощную базу. Гепард, Удильщик, Сова и подлетевшая Стрекоза, поддавшиеся всеобщему поветрию, попросили при заказе учитывать и их. Птица-Секретарь выразила ту же просьбу лаконичнее — криком «Коапп!» — и Кашалот ее отлично понял.
Пока он дозванивался, произошел еще один примечательный эпизод, как нельзя лучше характеризующий изменившиеся настроения зоофагов. Среди собравшихся вокруг Галочки хищников были и авторы гневных записей в «Книге отзывов и предложений» — Морской Леопард, ястребы, Акула, и прочие. Они стали снова ее требовать. Подползший с «Книгой» Рак с тяжелым сердцем протянул ее, полагая, что уж по второму разу они такого понапишут… А они вместо этого перечеркнули прежние свои жалобы! И написали благодарности!
Председатель КОАППа, он же директор кафе, дозвонился тем временем до овощной базы. По мере того, как он выслушивал кого-то, говорившего на другом конце провода, физиономия его вытягивалась. Положив трубку, он с обескураженным видом обрисовал перед коллегами непростую ситуацию: хотел заказать сто тонн помидоров, и они есть в наличии, но их некому перебирать…
Мгновение Кашалот пребывал в растерянности, затем физиономия его приняла волевое выражение.
— Внимание, — объявил он твердым голосом, — принимаю волевое решение! Объявляется аврал: птица-Секретарь остается в кафе, остальные — за мной, на овощную базу!
— А у людей, между прочим, — едко заметила Мартышка, — перебирать овощи давно уже не посылают даже академиков.
— Вы правы, — согласился Кашалот, — в этом деле, как, впрочем, и во многих других, назрели реформы.
— Но если они будут у нас проводиться такими же черепашьими темпами, как у людей…
— Несравненно быстрее, Гепард! — заверил Кашалот. Затем он отдал несколько распоряжений оставшейся в кафе за всех коапповцев птице-Секретарю. Два из них заслуживают особого внимания.
Во-первых, он поручил ей заключить с композитором Скворцом договор на сочинение в ознаменование успешного обращения зоофагов в фитофагов торжественной фитофуги.
— Сами и фуганём, — предложил Удильщик.
— В сопровождении ансамбля фуганков, — добавила Мартышка, убежденная, что фуганок — это музыкальный инструмент для исполнения фуг.
