Это "что ли" многое объясняло. Неинтересны были Максу гости! Он только и ждал, наверное, когда они уйдут.
Когда они поднимались на второй этаж, Вилька шепнула Ларику:
- Мне так его жалко. Представляешь, каково ему здесь одному? Если ему и с нами неинтересно, то наедине с собой, наверное, ещё хуже.
Вилька была права. Это Ларик почувствовал ещё раньше, но так сказать, как Вилька, он бы не сумел. Да ему сейчас было и не до того. Совсем не до настроения Макса ему было! Он кивал Вильке - мол, согласен с тобой, согласен - а сам проталкивал её вперед, чтобы перекинуться с Петичем несколькими фразами. Пока на втором этаже громко охала, восхищаясь чем-то, Вилька, мальчишки задержались на лестнице.
- Кто звонил? Не назвался? - спросил Ларик. - Быстро и коротко говори.
- Нет.
- Что ещё сказали?
- Встречу назначили в сквере. Я понял, что недалеко отсюда. Чапаевский переулок, у бюста какого-то генерала. Что будем делать, Ларион? Как мы Максу скажем о звонке? Ведь ему плохо может быть! Вроде согласился прийти на встречу, а сам не явится. А?
Да, вопросов было много. И вот прямо сейчас Петич хочет, чтобы Ларик ответил на все?
- Тише, - успокоил Ларик друга. - Дай сообразить.
Он постучал по голове пальцем и прошел в холл на втором этаже. Не шушукаться же на лестнице бесконечно! Вот придет какая-нибудь мысль в голову, потом только и можно её высказать. А не наоборот.
Петич тяжело вздохнул. И не только потому, что не знал, каким образом они будут действовать дальше. Его взору открылась целая картинная галерея! На стенах холла висели десятки картин, которые и вызвали такое восхищение Вильки. Вильки - но не Петича.
- Сейчас будет строить из себя знатока живописи, - недовольно проворчал он. - А нам терпеть.
- Вот на этой стене работы деда, - комментировал Макс. - А на этой так, просто коллекция.
Эта коллекция и привлекла Вильку. Видно, ей не очень понравились многочисленные портреты каких-то скучных людей, нарисованные дедом Макса. Все эти портреты казались похожими, хоть и разные люди были на них изображены.
- Дед коллекционировал картины всю жизнь, - заметив Вилькин интерес, объяснил Макс. - Что-то покупал, что-то ему дарили авторы.
- Художники? - переспросила Вилька.
Макс ухмыльнулся. А кто же еще? Кто может быть автором картин?
- Какая красивая! - Вилька подошла поближе к центральной картине. - А что это?
- А вот угадай, - улыбнулся Макс. - Представь себе, называется она "Мальчик на дельфине". Я всю жизнь пытаюсь разглядеть, где мальчик, где дельфин. Не то француз какой-то нарисовал, не то испанец. Я не помню.
- Пикассо? - спросила Вилька.
Конечно же, Петич при этом ехидно кашлянул. Задается, мол, девчонка! Делает вид, что все знает.
Макс неопределенно пожал плечами, не ответив ни да, ни нет.
- Между прочим, - сказал он, - эта картинка лично мне принадлежит. Мне её дед подарил, когда я только родился.
"Ничего себе! - подумала Вилька. - Так равнодушно относится к искусству!"
- Какие краски... - прошептала она. - Да конечно же, это мальчик на дельфине! Неужели вы не видите?
- Видим, видим, - снисходительно произнес Петич. - Колечки и квадратики. Да я тебе такую же в два счета нарисую! Дай только краски поярче.
- Не оскорбляй мое эстетическое чувство, - оглянулась на него Вилька. - Если ничего не понимаешь, совсем незачем это демонстрировать.
- Чего? - возмутился Петич. - Какое чувство? Расчувствовалась... Да фотографии в сто раз лучше!
Тут уж и Ларику пришлось вмешаться.
- Не мешай, пусть любуется, - дернул он друга за руку. - И при чем тут фотографии?
Наверное, не только Вильку обидела Петичева реплика. Макс тоже как-то мгновенно посерьезнел, нахмурился. Он невпопад отвечал на Вилькины вопросы, и вид у него был такой, будто надоели ему ребята до чертиков.
- Уходить надо, - шепнул Ларик Петичу. - Хватит, погостили...
- Да ты что? - Петич украдой крутнул у виска пальцем. - Мы же ничего не узнали! Слушай, - обратился он с улыбкой к Максу, - может, в баскетбольчик постучим?
- Не хочется, - вяло отмахнулся Макс. - Настроения нет. Наверое, акклиматизация. Никак не привыкну к Москве. Башка трещит... Вы-то, смотрю, бодренькие! Как-нибудь потом позвоните мне, ладно?
Это уже был прямой намек на то, чтобы гости уходили. Петич растерянно помотрел на Ларика, но промолчал. А что тут скажешь? Если хозяин говорит: "Позвоните мне потом", - ясное дело, он считает встречу законченной. Тут говори, не говори...
Вилька с сожалением покидала холл. Даже оглядывалась беспрестанно напоследок.
- Странный тип! - воскликнул Петич, когда они вышли на улицу. - Ну и пусть сам разбирается со своими проблемами! Вот позвонят ему после пяти часов, скажут: что же это ты на встречу не пришел? Посмотрел бы я на него при этом!
Ларик шел в задумчивости.
- Нет, так нельзя, - вдруг уверенно сказал он. - Нельзя его так подставлять. Хоть он и... недружелюбный. Может, он такой из-за своих проблем. А мы ничем ему не помогаем.
- Да чем ты ему поможешь? - воскликнул Петич. - Индюку этому надутому. Картинки показывает! Да лучше бы в баскетбол сбацали. Во время игры и разговорились бы...
