В связи с этим следует отметить, что на протяжении нескольких десятилетий после Второй мировой войны имуществом «Russell Trust Association» управлял Джон Мэдден–мл. (John В. Madden Jr), бывший до этого сотрудником компании «Brown Brothers Harriman». Это дает основание думать, что названная компания имела возможность влиять и на обновление членов общества, и на их взаимодействие после окончания университета[2679].
В связи с этим следует отметить, что среди членов этого общества мы видим одного из создателей МИПСА уже известного нам МакДжорджа Банди, Аверелла Гарримана[2680], Гарольда Стенли, Прескота Буша и его сына вице-президента США Джорджа Буша[2681], пытавшегося весной 1984 г. установить тайный канал с М. С. Горбачевым.
Для карьеры Г. Льюса немаловажное значение имело то, что его семья находилась в близких отношениях с семьей известного американского изобретателя и предпринимателя Сайруса МакКормика (Cyrus Н. McCormick) (1809–1884)[2682], внук которого тоже Сайрус породнился с Рокфеллерами. Неслучайно, видимо, журнал «Тайм» входит в финансовую империю Рокфеллера. И кабинет Г. А. Грюнвальда находился на 34-м этаже Рокфеллеровского центра[2683], во главе которого в это время стоял Дэвид Рокфеллер[2684].
Когда позднее, 9 сентября 1985 г., М. С. Горбачев дал свое первое зарубежное интервью, оно появилось на страницах журнала «Тайм»[2685].
У нас нет оснований утверждать, что публикация фрагмента из воспоминаний А. Н. Шевченко на страницах журнала «Тайм» была связана с теми переговорами между A. A. Громыко и М. С. Горбачевым, которые были организованы КГБ СССР незадолго до смерти К. У. Черненко. Но такая версия заслуживает проверки. Тем более, что после побега А. Н. Шевченко находился под контролем ЦРУ и вряд ли мог без его санкции опубликовать свои мемуары[2686].
К тому же имеются сведения, что за границей не только внимательно следили за развернувшейся в Советском Союзе борьбой вокруг кресла генсека, но и пытались оказать на нее свое влияние. «Говорят, что один из сотрудников МИДа
Согласно воспоминаниям Анатолия Громыко, заявив во время первой встречи с А. Н. Яковлевым, что действует от своего имени, он предложил ему организовать переговоры между отцом и М. С. Горбачевым относительно возможного преемника К. У. Черненко[2688].
«Я, разумеется, – писал А. Н. Яковлев далее, – ничего не мог ответить на эту идею без разговора с Горбачевым. Поехал на Старую площадь. Михаил Сергеевич после раздумий попросил продолжить переговоры, по крайней мере, не уклоняться от них, попытаться внести в них конкретное содержание, то есть выяснить, что за этим стоит конкретно»[2689].
«Вернувшись в институт, – вспоминал Александр Николаевич, – тут же позвонил Анатолию Громыко. Он немедленно приехал ко мне» и сказал: «Мой отец уверен, что возглавить партию в сложившихся условиях может только Горбачев. Он, Громыко, готов поддержать эту идею и сыграть инициативную роль на предстоящем заседании Политбюро. В то же время отцу надоело работать в МИДе, он хотел бы изменить обстановку. Речь идет о Верховном Совете СССР»[2690].
Анатолий Громыко подтверждает этот факт и пишет, что после первой встречи с А. Н. Яковлевым, он «в
«Я, – читаем мы в мемуарах А. Н. Яковлева, – опять поехал в ЦК. Михаил Сергеевич долго ходил по кабинету, обдумывал, видимо, варианты ответа… Ясно было, что ему нравится это предложение. Он понял, что «старая гвардия» готова с ним работать, отдать свою судьбу в его руки… Громыко был лидером оставшейся группы «стариков». Наконец, Горбачев сказал: «Передайте Андрею Андреевичу, что мне всегда было приятно работать с ним…» Ответ был осторожным, но ясным»[2692].
«На следующее утро» А. Н. Яковлев «снова пригласил» Анатолия Андреевича и передал ему приведенные выше слова М. С. Горбачева[2693]. Анатолий Громыко пишет, что ответ последнего был более определенным: он выразил Андрею Андреевичу благодарность за поддержку и просил передать ему, что считает его лучшим кандидатом на пост председателя Президиума Верховного Совета[2694].
«На этом мы с Яковлевым и расстались, пообещав друг другу вновь увидеться, если в этом будет необходимость»[2695].
