ОФИЦИАЛЬНАЯ причина смерти Петра III даже после появления третьего письма осталась неизменной - он умер от "геморроидальных колик" и ещё целого ряда букета болезней, а значит возникшие "новые обстоятельства" нужно было распустить только на уровне слухов, "забетонировав" шаткую народную версию. Тем самым убивалось несколько зайцев - для внутреннего потребления отметалась проблема возникновения очередных "петров фёдоровичей", а до этого они возникали с завидным постоянством ( даже в Европе ), всего около 40 случаев..., и наши "западные партнёры" этой фальшивкой получали сигнал, что больше не надо финансировать "лжецарей" ( ведь Пётр III - УБИТ ) и смену власти в России. Не зря это письмо было запущено через Лондон. У Павла Петровича была маниакальная потребность ограждать себя от возможных покушений на свою жизнь ( выстроенный им окружённый с четырёх сторон водой Михайловский замок - из этой же серии ).
Обелять же свою покойную матушку Павел I не собирался - по официальной версии она и так была "чистая" в этом деле. Наоборот, все последующие шаги нового императора были направлены на дискредитацию всего того, что было сделано Екатериной II. Но это уже другая история...
Возвращаясь в Ропшу, хочу привести три чудом сохранившиеся записки ( на французском и русском языках ), посланные Петром III из своего заточения Екатерине:
1 ) "Сударыня, я прошу Ваше Величество быть уверенной во мне и не отказать снять караулы от второй комнаты, так как комната, в которой я нахожусь, так мала, что я едва могу в ней двигаться. И так как Вам известно, что я всегда хожу по комнате и то от этого распухнут у меня ноги. Ещё я Вас прошу не приказывать, чтобы офицеры находились в той же комнате со мной, когда я имею естественные надобности - это невозможно для меня; в остальном я прошу Ваше Величество поступать со мной по меньшей мере, как с большим злодеем, не думая никогда его этим оскорбить. Отдаваясь Вашему великодушию, я прошу отпустить меня в скором времени с известными лицами в Германию. Бог ей заплатит непременно.
Ваш нижайший слуга Пётр.
PS
Ваше Величество может быть уверенной во мне, что я ни подумаю ничего, ни сделаю ничего, что могло бы быть против её особы или её правления"
2 ) " Ваше Величество, если вы совершенно не желаете смерти человеку, который достаточно уже несчастен, имейте жалость ко мне и оставьте мне моё единственное утешение Елизавету Романовну ( Воронцову, его любовницу - И. Ш. ). Вы этим сделаете большое милосердие Вашего царствования; если же Ваше Величество пожелало бы меня видеть, то я бы был совершенно счастлив.
Ваш нижайший слуга Пётр".
3 ) на русском языке, орфография сохранена:
"Ваше Величество. Я ещё прошу меня, которой ваше воле изполнал во всем отпустить меня в чужие краи стеми, которие я ваше виличество прежде просил и надеюсь на ваше великодушие, что вы меня оставите без пропитания.
Ваш слуга Петр".
Екатерина не удостоила своего супруга ответом...
Возможно были ещё какие-то записки от Петра Фёдоровича, так как почти через месяц ( 2 августа 1762 года ) Екатерина написала своему бывшему любовнику Понятовскому ( Станислав II Август, 1732 - 1798 гг. , будущий король Польши в 1764 - 95 годах ) письмо, очень важное для нашего понимания происходивших тогда событий. В дальнейшем подобных писем у Екатерины было немало..., в своё правление она таким способом хорошенько "чистила" свой имидж и наоборот, всячески очерняла Петра Фёдоровича. Но в данном конкретном случае я склонен всецело доверять сказанному ей..., и лично моё мнение такое - Пётр III действительно умер из-за своего ПОДОРВАННОГО ЗДОРОВЬЯ.
Я всегда доверяю не столько своему разуму, сколько сердцу..., а оно мне подсказывает, что смерть Петра III была не насильственной..., а то, что потом пошло "гулять" по белому свету - это уже народная тяга к "жареному", поддержанная разными "летописцами".
Вот отрывки из письма, которое написала Екатерина Станиславу Понятовскому:
"Я послала под начальством Алексея Орлова, в сопровождении четырёх офицеров и отряда смирных и избранных людей, низложенного императора за 25 вёрст от Петергофа в местечко, называемое Ропша, очень уединённое и очень приятное, на то время, пока готовили хорошие и приличные комнаты в Шлиссельбурге...
Страх вызвал у него понос, который продолжался три дня и прошёл на четвертый. Он пил в тот день непрерывно, ибо у него было всё, чего он желал, кроме свободы. Он попросил у меня лишь свою любовницу, свою собаку ( мопс. - И.Ш. ), своего негра ( арап Нарцисс. - И. Ш. ) и свою скрипку; боясь, однако, скандала и недовольства людей, его охранявших, я выполнила только три последних его просьбы...
