"К Петрову дню весь двор вернулся из Петергофа в город. Помню, накануне этого праздника мне вздумалось уложить всех своих дам и также горничных в своей спальне. Для этого я велела постлать на полу свою постель и постели всей компании и вот таким образом мы провели ночь; но прежде, чем нам заснуть, поднялся в нашей компании великий спор о разнице обоих полов. Думаю, большинство из нас было в величайшем неведении; что меня касается, то могу поклясться, что хотя мне уже исполнилось 16 лет, но я совершенно не знала, в чём состояла эта разница; я сделала больше того, я обещала моим женщинам спросить об этом на следующий день у матери; мне не перечили и все заснули. На следующий день я, действительно, задала матери несколько вопросов, и она меня выбранила".
Вот такое пуританское воспитание было тогда в немецких семьях..., вот вам и "дастиш фантастиш".
Пышная свадьба была сыграна 21 августа 1745 года ( торжества длились десять дней ).
Вот как описывает первую брачную ночь сама Екатерина:
"...На этом балу танцевали только полонезы, он продолжался не более часа, после чего императрица повела нас с великим князем в наши покои; дамы меня раздели и уложили между девятью и десять часами. Я просила принцессу Гессенскую побыть со мной ещё немного, но она не могла согласиться. Все удалились, и я оставалась одна больше двух часов, не зная, что мне следовало делать: нужно ли было встать? или следовало оставаться в постели? Я ничего на этот счёт не знаю.
Наконец Крузе, моя новая камер-фрау, вошла и сказала мне очень весело, что великий князь ждёт своего ужина, который скоро подадут. Его Императорское Высочество, хорошо поужинав, пришёл спать, и когда он лёг, он завёл со мной разговор о том, какое удовольствие испытал бы один из его камердинеров, если бы увидел нас вдвоём в постели; после этого он заснул и проспал очень спокойно до следующего дня.
Простыни из каммердука, на которых я лежала, показались мне летом столь неудобны, что я очень плохо спала, тем более, что, когда рассвело, дневной свет мне показался очень неприятным в постели без занавесок, поставленной против окон, хотя и убранной с большим великолепием розовым бархатом, вышитым серебром. Крузе захотела на следующий день расспросить новобрачных, но её надежды оказались тщетными; и в этом положении дело оставалось в течение девяти лет без малейшего изменения".
Обратите внимание на последние слова - "и в этом положении дело оставалось в течение девяти лет без малейшего изменения".
Какое дело она имеет ввиду - интимные отношения ? беременность ? рождение ребёнка ?
Супружеская жизнь молодой великокняжеской четы ( 17 и 16 лет ), как и стоило предполагать, не заладилась с самого начала. Есть версия, что у Петра Фёдоровича были "мужские" проблемы, и что Екатерина чуть ли не семь лет оставалась "непорочной"..., но скорее всего это досужие домыслы - супруги оказались попросту совершенно разными людьми..., с разными интересами, темпераментами, характерами, взглядами на жизнь и т. д.
То, что молодые поначалу спали ночью вместе, говорит следующая цитата из дневников Екатерины:
"Не знаю, что именно - балы ли на масленице, или устройство нашего помещения, причинило горячку великому князю к концу зимы, или, лучше сказать, в начале 1746 года. Как бы то ни было, он её схватил; на эти балах он много плясал и возвращался домой весь в поту. Наши покои были распределены так странно, что между моими и его находилась очень большая прихожая с громадной лестницей; спал он в моих покоях, но раздевался и одевался у себя".
Но уже в декабре 1746 года Пётр писал ( !!!, а не говорил ) своей жене:
"Мадам,
Прошу вас этой ночью отнюдь не утруждать себя, чтобы спать со мною, поелику поздно уже обманывать меня, постель стала слишком узка, после двухнедельной разлуки с вами, сего дня по полудни.
Ваш несчастный муж, коего вы так и не удостоили сего имени
Петр".
Скорее всего супруги очень редко "уделяли внимание процессу зачатия наследника". При некоторых обстоятельствах и "каждодневные труды" не приводят к успеху..., а тут несколько раз в году по "великим праздникам", да ещё при отнюдь не богатырском здоровье мужа.
Пётр Фёдович начал увлекаться другими женщинами..., как натура эмоциональная и творческая - он был очень влюбчив.
В дневниках Екатерины мы находим такие слова:
"... изгнать из сердца ревность относительно человека, который не любит меня; но для того, чтобы не ревновать, было одно средство - не любить его. Если бы он желал быть любимым, то относительно меня это вовсе было нетрудно; я от природы была наклонна и привычна к исполнению моих обязанностей, но для этого мне был нужен муж со здравым смыслом, а мой его не имел" .
В ноябре 1749 императрица определяет в придворный штат двора Екатерины Алексеевны новую фрейлину - Воронцову ( Елизавета Романовна, 1739 - 1792 гг., племянница вице-канцлера М.И. Воронцова ). Некоторое время спустя она становится любовницей великого князя. Их связь продлится до конца жизни Петра Фёдоровича.
