— Родители, встречайте дочку! — громко сообщает акушерка, вытирая крошечный комочек счастья.
Она уверенными движениями переодевает малышку в слип и шапочку и протягивает её нам — смешную, нахмурившуюся, с обиженными сморщенными губками и прищуренными голубыми глазами.
— Кого-то она мне напоминает, — смеюсь и провожу тыльной стороной ладони по щеке малышки, которая расположилась между нами.
Диана улыбается в ответ, смотрит на меня с блеском в глазах, и я осознаю, что взрыв ядерной бомбы предотвращен, а нежная мама-кошечка вернулась в тело Федотовой и сейчас неистово ластится о мою руку, требуя примирительного поцелуя.
— Два-два, — отрываюсь от её губ и вдыхаю запах новорожденной малышки.
— Точно, счет уравняли, — произносит Диана с ноткой грусти. — Но ты знаешь… я, пожалуй, больше не буду зарекаться.
Конец.
