Не позволяя договорить, Сокур смеется, снова опрокидывает меня на кровать и опять бесконечно целует. Слова захлебываются, пока губы заняты. Сокур между поцелуями успевает шептать, что в жизни больше не подпустит меня ни к озеру, ни к реке, больше никогда ни к одному из водоемов.
— Будешь купаться в ванне. Нет, я сам тебя буду купать… Но для надежности привяжу. Слышала про такие устройства? Кольца к потолку, веревки…
Мне смешно. Он не знает, что в следующем веке все-таки отправит меня к озеру и к самому себе… Не думаю, скажу ли ему, не хочу думать. Сейчас интереснее учиться целоваться. Медленно и сладко, глубоко и сильно, нежно и трепетно… Оказалось, целуются по-разному, и Сокур учит меня, изредка прерываясь на еду и разговоры. Комната у него совсем скромная — шкаф, кровать, стол, совсем крошечное окно. Мне все равно, я не разглядываю интерьер — я не могу насмотреться на Сокура. Мы не можем наговориться.
— Какой дом ты хочешь? Высокий или широкий?
— Широкий.
— Будет.
— Только не в Аспине.
— А где?
— На лугах. Ты хочешь детей?
— Со временем хочу. А ты?
— И я… Со временем. Сначала учиться.
— В столице?
— Да… А сколько женщин требуется, чтобы научиться так целоваться?
— М-м-м… У меня врожденный талант.
— Сок! Сколько?
— Одна!
— Сокур!
— Я берег себя для тебя!
Совершенно не замечаю, как уходит день, как за крошечным окном темнеет. Комната погружается в полумрак, но мне в голову даже не приходит в голову зажечь искру. Когда мало света, хорошо. Снежные мухи невесомо стучатся в окно, пока Сокур целует мою руку, обцеловывая каждый палец — мягко, чувственно, настойчиво. Зацеловав, кладет ее на кровать, а его кисть с длинными пальцами нависает над моей. Пальцы касаются невесомо, каждый до своего близнеца, затем медленно проводят по ладони, замедляются, подбирая движения, неспешно делают круг. Второй круг — уже шире, до края ладони. Я вижу, как блестят его глаза в темноте. Ахаю, когда Сокур резко, с силой вжимает кисть в кровать. Сердце толкается, набирая скорость. На несколько мгновений Сокур стискивает меня так, что не вздохнуть, и вновь отпускает.
В конце концов он зажимает меня в змеиные тугие объятия-кольца по рукам, по ногам.
— Я могу снять отдельную комнату, переночевать там, если ты хочешь потя… подумать, погулять. Можем не спешить, организовать обеды-встречи. Ухаживания… Как принято. Хочешь?
Он очень-очень держится, чтобы быть хорошим и достойным, даже не подозревая, насколько уже хорош и достоин.
Я качаю головой. У нас нет домов, в которые мы могли бы ходить друг к другу в гости. У нас нет семей, ради которых надо соблюдать приличия. Есть только он и я. Мы и так долго ждали.
— Ты уверена? Я всего лишь…
— Ты станешь великим магом.
— Может даже высшим?
Он шутит, даже не подозревая, насколько сильным может стать, насколько сильным станет.
— Может даже верховным.
Я уже знаю, что расскажу ему об источнике дикой Силы, о сосуде — все, что знаю от папы. Сокур найдет источник, отыщет Сосуд и возьмет всю Силу, которая ему причитается, чтобы стать тем, кем должен стать.
Над нами нависает черное безмолвие неба и летит снег, который Сокур кружит, превращая в белый вихрь. Капли крови сливаются в одну, а прошлое сходится с будущим, превращаясь в предначертанное. Может для кого-то все уже было, для нас — все только начинается.
***
1. Дочь Скорпиона — приключения в новом мире попаданки Кати. Моя первая книга и она же база цикла, дающая понятие о мире Порядка. Много юмора, много событий, не так много переживаний. В главных героях Катя, Регненсес, Аргирос, Наяр, Таор, Кирел.
