Обычно глаза ее светились живостью и весельем.
- Очень жаль, но я вынужден вас потревожить,- сказал Турен.- Работа не ждет, мы делаем все, что в наших силах, чтобы раскрыть…
- Понимаю…- проговорила она своим звонким голосом, выдававшим, что родом она из Блекинге.- Садись… вот сюда.- Она показала на одно из кожаных вольтеровских кресел.
- Благодарю.
Они не были близко знакомы. Несколько раз встречались на рождественских балах да временами сталкивались невзначай на улице или в магазине.
- Вы напали на след? - спросила она. Он покачал головой.
- Пока тут все - одна большая загадка. Зацепиться практически не за что. Надо скрупулезно выяснить все детали, ведь даже самая крохотная может дать нам ключ.
- Какой-то безумный кошмар. Не представляю, кто мог это сделать… Нет совершенно никаких причин…
Эту фразу он уже слыхал.
«Нет совершенно никаких причин» - так все всегда считают.
- Понимаю, каково вам… Но причина была, хотим мы этого или нет. В противном случае ничего бы не произошло.
Перехватив ее взгляд, он понял, что она не поверила.
- Наверняка психопат,- сказала она.
Турен посмотрел на сына, который стоял возле окна спиной к ним.
- У него не было врагов,- без всякого выражения проговорил тот.
Турен промолчал. Внезапно Рогер обернулся.
- Причин не было! - выпалил он.- Это же дикость, неужели вы не понимаете?.. Такое мог совершить только безумец…
- Зачем он собирался звонить секретарю?
Не ожидавший такого вопроса Рогер осекся и попробовал вспомнить, о чем же вчера шел разговор.
- Не знаю. Он сказал только, что надо позвонить, пока не поздно.
- Но он явно торопился.
- С чего вы взяли?
- Он поспешил выйти из машины, не доехав с вами до…
- Так ведь он не обязательно торопился к телефону. Может, ему, извините, надо было в туалет
Турен хмыкнул.
- Он временами жаловался на мочевой пузырь,- пояснила Анна Фром.
- Вот как. А с фирмой у него в последнее время было много хлопот?
- Там всегда хватало дел,- сухо отозвался Рогер.
- Он рассказывал вам о них?
- Очень-очень редко.
- В последнее время он был занят больше обычного?
- По-моему, нет.
- Но…
- Нет. Я ничего такого не припомню. Все было как всегда.
- Да-да, слышу. Он ничего особенного не говорил в последнее время?
- Особенного?..- повторила вдова.- Нет. А что, собственно, ты имеешь в виду?
- Он нервничал?
- Нет…
- Выглядел обеспокоенным?
Она медлила с ответом, пытаясь вспомнить последние недели мужа. Потом качнула головой.
- Вчера за городом он был как всегда. Смеялся и, по-моему, просто отдыхал. Ни намека на озабоченность, и вообще…
- Ну а о делах или о проблемах каких-нибудь он не говорил?
- Нет.
- О деловых контактах? О людях? О ком-нибудь? Не упоминал насчет фирмы или насчет чего-нибудь связанного с фирмой?
- Вчера?
- Вообще в последнее время.
- Нет…
Комиссар вздохнул и прикрыл глаза. Действительно, кошмар, дурной сон. Ощущение нереальности происходящего. Словно говоришь в глухую стену.
Турен даже не разозлился. Только вконец упал духом.
Он чувствовал, что Эрик Фром ускользает от него. Эрик Фром как человек.
Турен вышел на улицу. Он был недоволен собой и не мог отделаться от впечатления, что оба - вдова и сын, но больше всего, конечно, сын - не доверяют ему. Или не принимают его по-настоящему всерьез.
Они будто молча любопытствовали: а что вы, собственно, делаете? И что вы можете сделать? Разве не ваша задача предупреждать подобные случаи, следить, чтобы ничего такого не происходило.
Турен расследовал убийство не впервые.
Два года назад ему пришлось в течение сравнительно короткого времени заниматься сразу двумя убийствами. Так что опыт у него был.
Вместе со своими сотрудниками он терпеливо распутал оба преступления. Призвав на помощь здравый смысл, умение логически рассуждать и делать обоснованные выводы. Но тогда у него в руках были неопровержимые улики, был след.
Не то, что сейчас. Тогда они имели дело с вполне определенным кругом лиц - со студентами. А теперь…
Ведь ни единой зацепки, указывающей, где искать преступника.
Среди обывателей? В рекламных кругах? Где?
Ни единой зацепки. Ничего конкретного.
Где у них тут въездные ворота?
Терпение, терпение… Рано или поздно…
Он сел в машину и оперся локтями о руль.
Обхватил голову руками. Вздохнул.
Терпение, терпение - вот что главное.
Терпение-корпение, скаламбурил он про себя.
Где же стояла машина убийцы? Здесь? Вот на этом месте? Да?
Он сидел тут и ждал? Терпеливо ждал? В самом деле?
Определенно… предположите. 1ьно…
И как долго, а?
Может быть, много вечеров подряд?
Терпение… Ждал…
Ждал? Удобного случая? Откровения? Вдохновения?
Толчка к убийству?
Он… Да, это явно был мужчина…
Интересно, готов протокол вскрытия или нет?.. Пуля…
Что-то она скажет?.. Кроме калибра и системы оружия…
Откуда он взял оружие?
Достать пистолет не такое простое дело.
Украл? Купил? Украл… купил… украл… купил…
Может, есть еще какой-нибудь вариант?
И почему… вернее, но почему? Почему, черт бы его побрал?!
Стиснув зубы, он потер глаза кончиками пальцев. Отбросил со лба волосы и прикусил нижнюю губу. Почесал мизинцем в ухе, зевнул. Бросил взгляд на небо.
Ни облачка. Тепло.
Необычайно тепло для этого времени года.
