– Ничего мне не нужно! – язвительно отрезала Лилли. Она тоже вскочила на ноги и со стуком шарахнула бокал на кухонный стол. Не успел еще утихнуть звон стекла, а Лилли уже ураганом унеслась в ванную. С грохотом дверь за ней захлопнулась.
– Что это было? – спросила Ализа, поднимаясь на ноги.
– Влияние семьи Салливан, – буркнула я.
– Нам стоит с ней поговорить? – Ализа обеспокоенно уставилась на дверь ванной комнаты.
Я покачала головой.
– Подождем минутку.
Нечто подобное уже случалось, и я догадывалась, что послужило причиной на этот раз. Немного времени – все, в чем нуждалась Лилли, чтобы собраться с силами и отогнать пробудившихся внутренних демонов. Скорее всего, ее мама вновь пыталась «помочь», хотя у самой восприятие реальности искажено. Однажды, за месяц до восемнадцатилетия дочери, она вручила ей подписку на курс лечения соками, прокомментировав: «Чтобы ты выглядела как куколка в день рождения». За такое я едва не откусила ей голову. Благими намерениями вымощена дорога в ад. Лилли и без того прекрасно выглядела, не нужна ей была никакая дурацкая чистка соками.
Как я и думала, очень скоро Лилли, шаркая ногами, выбралась из ванной: плечи опущены, прежде напряженные от гнева мышцы смягчились. Глаза были красными, а ресницы – мокрыми и липкими от пролитых слез.
Приблизившись к подруге, я без лишних слов заключила ее в объятия. Лилли уткнулась лицом мне в плечо и прижалась сильнее.
– Хочешь поделиться? Что произошло?
– Вообще-то не очень, – пробормотала Лилли. Отпустив меня, она потерла глаза, размазывая тушь.
Протянув руку, я стерла черные разводы с ее щеки – жаль, нельзя таким же легким движением снять камень с души.
– У нас сегодня был пирог… Из той кондитерской на площади, – сбивчиво начала Лилли. – Мама его раздобыла, потому что пригласила четырех подруг на кофе. Она и мне предложила присоединиться. Ну, я и согласилась. Мы так славно посидели! Болтали о Линке, Таннере и школе. Я рассказала маме о четверке по химии. – Лилли едва заметно улыбнулась. Она так упорно боролась за эту оценку, потому что если и существовал предмет, который доставлял ей проблемы, то только химия. – Я взяла второй кусок пирога, а мама так насупилась: «Ты уверена, что хочешь съесть еще?» Вслух. При подругах. И посмотрела так. Ну, ты знаешь этот взгляд.
Я кивнула. Взгляд, в котором смешалось осуждение и презрение, я тоже не могла забыть: моя мама владела им в совершенстве. Обычно он использовался в суде, но все чаще и чаще она адресовала его мне по поводу моего решения не поступать в Йель или же нежелания вычеркнуть брата из жизни.
Лилли всхлипнула.
– Я знаю, что она желает мне только добра. И я не скрываю, что некомфортно чувствую себя в своем теле. – Задумавшись, Лилли погладила живот и место, где у нее остался шрам после рождения Линкольна. – Но эти замечания не помогают. Представляешь, как мне было хреново?
– Да, – сочувственно отозвалась я, хотя меня-то никто и никогда за лишний вес не укорял. Родители и родственники находили тысячи других путей и способов загнобить меня. – Если я могу хоть чем-то тебе помочь…
– Можешь, – перебила Лилли, – сходи со мной на фитнес.
Она просила об этом уже не в первый раз, но спорт я ненавидела, а физическая форма у меня – как у человека восьмидесяти лет, причем самого неатлетичного. Я задыхалась, поднимаясь по лестнице даже на третий этаж. Но если я сама предложила помощь, не могла же отказать, верно?
Обреченный вздох.
– Идет. Но я буду заниматься только в человеческое время. И не смей муштровать меня, как сержант в армии, понятно?
Лилли усмехнулась.
– Ага. Спрошу у мамы, когда она сможет присмотреть за Линком. Я уже и зал выбрала.
Лилли пустилась в монолог о спортивном центре, куда ходят только женщины и где, помимо тренажеров, можно выбрать занятия с профессиональным тренером. Каждый вторник и четверг по вечерам проходят занятия по кикбоксингу, о которых Лилли грезила и во сне, и наяву.
Весь диалог Ализа слушала безучастно, но тут с любопытством навострила ушки. Она заинтересовалась спортивным центром и тоже захотела записаться, но отступилась, услышав трехзначную сумму, которую пришлось бы платить ежемесячно, чтобы оставаться членом клуба, а если заплатить сразу за год, она уменьшится на самую малость.
А раз уж я очень скоро стану весьма спортивной – так себе оправдание, – схватила еще один кусок жирной сырной пиццы, но внезапно услышала стук в дверь.
– Кто-то еще хотел заглянуть на огонек? – спросила Ализа.
Покачав головой, я вытерла пальцы о салфетку. Это не могла быть Кэсси: они с Аури до сих пор пропадали на ролевой игре, если только попытка Майлин и Горвина сблизиться не потерпела сокрушительное фиаско. Я поспешила к двери, а Ализа и Лилли с любопытством повернули головы, стоило мне распахнуть ее.
За дверью, натянуто улыбаясь, стоял Джулиан.
– Привет.
– Привет, – поздоровалась я. Сердце забилось быстрее, и я попыталась разгладить помятую рубашку. Не то чтобы от этого стало лучше. – Что-то случилось?
Джулиан бросил взгляд через мое плечо.
– Можно тебя на пару секунд?
