– Уф, ну если уж, Вы, не знаете, я тем более. Кстати, мы в этом похожи. У меня тоже все как-то «на половину». И от мирского, я не готова отказаться, ради духовного, и, Прости Господи, жизнь за Веру не отдам, а это как?
– Еще вчера, я бы сказала, что времена крестоносцев прошли, и в современном мире, таких жертв Богу не требуется, но в последнее время, происходят столкновения религий и, как это ни чудовищно, опять летят головы с плеч, – баба Гертруда тяжело вздохнула.
– А может быть, такие, как мы с Вами, не Фомы, а что ни на есть самые верующие люди?
Гадалка вопросительно посмотрела на Эл.
– Ну, если разобраться, за исключением чревоугодия, все ваши промахи относятся к несоблюдению обрядов, ритуалов церкви, что ли, а их придумали люди. Можно знать одну лишь молитву «Отче наш», а можно и ее не знать, ее же тоже придумали люди? Жить по десяти заповедям – да, но обращаться к Богу со своей молитвой, придуманными тобой словами, но идущими от души, от сердца разве менее ценно? Разве Бог слышит только, простите, запатентованные молитвы и исключительно, под сводами храмов? Нет же? Зато, это гораздо честнее и ценнее, должно быть, для Бога, чем человек бубнящий молитвы на церковнославянском и половину из нее не понимающий. Или человек с крестом во всю грудную клетку, совершающий не богоугодные поступки, не снимая этого креста. Или совершивший что-нибудь низкое или даже чудовищное, идущий потом в храм, ставящий свечку с Александрийский столп, с уверенностью на прощение, но, нисколько не раскаиваясь в содеянном? Может быть, в церкви тоже настало время реконструировать все? Стать ближе к современной жизни и современному человеку? Ближе, а значит понятней?
– Ближе и понятней? Ты, знаешь, Гертруда, тут по телевизору показали репортаж про визит Папы Римского, в какую-то страну, так там Франциск, не возражал сфотографироваться на улице с прохожими, которым, прости Господи, «хватило ума» обратиться к нему с этой просьбой. Куда уж ближе? Но я считаю, что не должен Понтифик, совершать поступки, свойственные звездам шоу-бизнеса. Если ты, о такой «понятности и близости», то я – против! Воцерковленные люди, да еще имеющие духовный сан, по определению не могут находиться на одном уровне с паствой. Сегодня «селфи» с Папой, а завтра что, «реалити» из Ватикана?
– Нет, однозначно! Я не об этом. Не знаю, но что-то менять надо.
– Давай, спустимся с небес на землю, и начнем что-то менять с себя, – гадалка смотрела на Эл своим теплым взглядом, – а то твои друзья заждались.
– Они мне не друзья, – ответила Эл, удивившись, как заговорилась с бабой Гертрудой, и совсем о них забыла, – мне пора, Вы, правы, – она помолчала, – Только куда пора? – вслух спросила Эл.
– Ты на распутье, я тебе говорила. Тебе предстоит поворот. И от того, куда ты сейчас повернешь, будет зависеть вся твоя дальнейшая жизнь. Отнесись к выбору осознанно. Слушай свое сердце. Не людей, не «как принято», а только так, как подскажет тебе твоя интуиция, душа, называй, как хочешь. Ты делаешь «Свой выбор», значит, чтобы, ты, не выбрала, это будет сценарий твоей жизни, и он будет единственно правильным для тебя.
– Такая малость, сделать правильный выбор, – Эл смотрела на хрустальный шар, потом перевела взгляд на гадалку, – Гертруда, а в чем смысл жизни?
– Я думаю, что смысл жизни – в поиске смысла жизни, и у каждого он свой, поэтому универсального ответа нет. И счастлив тот, кто постигает свое предназначение.
– А, Вы, свое нашли?
– Да.
– Не скажете?
– Почему? Скажу. Я помогаю людям, по мере сил. Кому медом, кому травами, кому гаданьем, кому советом, кому просто, как тебе разговором.
– Не очень масштабно.
– Меня устраивает. Или ты о том, что тебе я могла бы помочь и более существенно?
– Хотя бы, – Эл показалось, что гадалка опять прочла ее мысли.
– Я могла бы предложить тебе остаться, сколько захочешь у меня, но тебе нельзя сейчас останавливаться, нельзя буксовать. У тебя сейчас «время принятия решения», и я верю, что у тебя все получится. Кроме того, я увидела, что тебе нужна сейчас компания, с которой ты ко мне пришла.
– А не скажите, зачем мне они? До моря доехать, что ли?
– И для этого тоже. Все не случайно, и эти люди тоже не случайны на твоем пути. И что бы тебе было спокойнее, я скажу так. Ты можешь вернуться сюда, пожить у меня, но только после того, как ты доедешь до моря. Ты должна исполнить это свое желание.
– Вы волшебница?
– Нет, что ты, – ответила гадалка и хитро заулыбалась, – Настоящее волшебство – это жизнь. Подумай об этом, когда будешь слушать музыку, набегающих волн.
Лев дремал в тени сада, а молодожены ворковали под яблоней.
– Лёвушка, ну, сколько можно ждать? Давайте поедем без нее, – голос Жанны был привычно-раздраженным.
– Сколько раз тебе говорить, не называй меня так, – Лев сладко потянулся, и, не открывая глаз, продолжил, – ваш шофер отдыхает, и без Гертруды мы не можем уехать.
– Почему? – не унималась Жанна.
– Потому что это не красиво, ты же любишь, когда все красиво, сестренка?
– Красиво? К этой стремной тетке, это не относится.
