- Та-а-ак, а кто это у нас голос подал? Младлей Лэнгли, если мне изменяет память. Праведница номер один... - ой не нравится мне эта ехидная вежливость. - Вчера, помнится, ты была сама скромность и умеренность. Особенно, во всём, что касалось употребления разного рода напитков.
Девушка сопроводила тираду звучным хлёстом ремня по ладони. Сие действо мигом произвело нужный эффект на того, кто ещё сомневался.
Вчерашние дерзкие хищницы выглядели теперь насмерть перепуганными грызунами. Пантера и львица превратились в бурундука и белку.
- Командир, ты сама, между прочим, пила наравне с мужиками. - понимаю, что могу огрести по полной, но подчинённых, пусть и таких непутёвых, в любом случае, надо выручать, да и самому как-то выкручиваться. - И, вообще, нам и так хреново. Поверь, этот бодун наказал нас не хуже всякой порки.
Хлясть! - прохладная длань опекуна смачно хлестанула по левому уху, и тут же с хрустом начала его выкручивать:
- Мне, как совершеннолетней пить можно! А, вот ты, мерзавец, опять попался! В зеркало посмотри и поймёшь - твоя похмельная рожа выдаёт с потрохами!
Ёпрст, вот это кровожадность!
- Ай, Мисато! - я попытался придать голове наиболее безболезненное при таких процедурах положение. - Признаюсь, был не прав. Виноват. Согрешил и сознаю тяжесть своего проступка.
- Думаешь, я тебе поверила? Ни фига! Вы у меня все трое получите!
- Слушай, Мисато, ты чего такая злая, а? Тебе что, выспаться не дали?
Хотя, по её виду не скажешь - по сравнению с нами, огурок. Даже подозрительно, как-то. Впрочем, Кацураги, помнится, и после моей днюхи была достаточно резвой.
- Как же, выспишься с вами, когда одна рыжая малолетка врубает на всю катушку телек. - фыркнула экзекутор, соизволив, наконец, отпустить мою ушную раковину. - Я, может быть, и нормально бы себя чувствовала, только вот, от вида моих подопечных и младшей сестрёнки снова плохо становится!
Слова "подопечные" и "младшая сестрёнка" в устах опекуна прозвучали как "подсудимые" и "обвиняемая". Соглашусь, вид у вышеназванных особ был ещё тот. Что у меня, что у Каору. Да и Аска тоже - пусть и смотрелась немка не так хреново как мы, но, по внешнему виду было ясно, что и её не миновал бодун суровый.
- Так, ладно. Пожалуй, с телесными наказаниями можно пока повременить. - и, отступив на пару шагов, свирепо оглядела подчинённых. - Думаю, сначала надо будет порядок в квартире навести. Так что, пункт номер один из списка дисциплинарных мер: всем троим - наряд на уборку. Так то, штрафники!
- Oh, Mein Gott! - Сорью с тоской обозрела беспорядок, царивший в комнате. Ну да, согласен - свинарник ещё тот. И это в зале! Scheisse! Engelhuren!
Про кухню же даже и думать не хочется!
Кацураги обернулась у входа в зал:
- Отпивайтесь шипучкой с кефиром и начинайте квартиру в порядок приводить.
-
Какая Мисато хитрая - устроила утро стрелецкой казни и оным макаром отвертелась от необходимости убираться с нами в хате. Теперь, провинившиеся подчиненные будут возиться с бардаком, а госпожа командир продолжит отлеживаться. А, ведь, вчера бедокурила раздолбайка наравне с нами. Эх, нет в мире справедливости!
Наше с Нагисой вялое вошкание среди посудных терриконов можно было охарактеризовать одной фразой - зомби за мытьем посуды. Впрочем, судя по отсутствию сильного громыхания в зале, дела у Аски шли не лучшим образом.
Верно! Только бы эта мысль не пришла в голову Лэнгли. Тогда всё, на пару часов о душевой можно смело забыть.
Мысль конечно здравая, но я вчера уже вволю себя скомпрометировал:
Успеть-то я успел, только кайфовать под тёплыми струями пришлось под аккомпанемент неистового стука и возмущённых воплей Лэнгли, которой всё же стукнула в голову мысль ополоснуться под душем.
- Икари, сволочь, сколько можно торчать тут?! Мне тоже надо помыться!
- И что, Лэнгли? Я, между прочим, на кухне убирался, в самом грязном месте - так что мне в первую очередь надо мыться! - прикольно так перекрикиваться с этой врединой через закрытую дверь. Любую другую она бы уже попыталась высадить, но только не эту - прекрасно понимает, что самой потом мыться, а восстанавливать порушенное я ни за что не стану.
