У меня похолодела кровь. Я вдруг поняла, без тени сомнения, что, даже если ЧеширКэт ничего не сказали, он тут.
Мой отец тут, и мне пора убираться.
Рейчел сидела за столом напротив меня. Я наклонилась, чтобы показать ей свою работу.
«ПОМОГИ», — написала я и нарисовала стрелочку, показывая на секретаршу в дверях.
Рейчел посмотрела на нее, потом на меня, а потом встала и схватилась за живот.
— Ой, нет, кажется, меня сейчас вырвет, — простонала она.
Все посмотрели на нее, отодвигая стулья и убирая работы подальше, а я вскочила.
— Я тебя отведу в туалет, — сказала я, схватила ее за локоть, подхватила рюкзак, и мы кинулись в коридор. — Я провожу ее в туалет, — говорю я учителю, и он нас пропускает, потому что никто не хочет стоять на пути человека, которого сейчас вырвет, особенно если им потом придется все убирать.
Мы обогнули угол.
— Ты здорово притворяешься, что тебе плохо, — сказала я.
— Меня в третьем классе беспрерывно рвало, — ответила она. — Сто лет прошло, но все до сих пор помнят. Пошли через боковую дверь, и сразу в мою машину, хорошо? ЧеширКэт ничего не писали, а я проверяла, честное слово…
— Я тоже. Но эта секретарша так на меня посмотрела…
— Да ладно. Знаешь что? Давай просто свалим отсюда.
Мы побежали через парковку, и тут Рейчел поняла, что забыла ключи. Они остались в классе, в сумке. Машина была не заперта, тут никто не запирает машины, так что сесть мы сможем, но поехать — никуда.
— Блин, — ругалась Рейчел. Мы все равно забрались внутрь, и она отправила сообщение Брайони.
— Тут лучше, чем в школе, — сказала я, оглядывая парковку и думая, где можно рискнуть спрятаться… была бы тут кукуруза, отличное было бы укрытие, но поля после жатвы никуда не годятся.
Рейчел отперла багажник, обошла машину и откинула что-то, чтобы в багажник можно было попасть прямо с заднего сиденья.
— Если сядешь назад, — сказала она, — и очень надо будет спрятаться, можешь залезть в багажник. Или полезай туда прямо сейчас.
Я уселась на заднее сиденье, но не залезла в багажник, потому что хотела все видеть, если появится отец. К тому же багажник был забит моими вещами из дома.
— Помнишь, как он выглядит? — спросила я.
— Ага, — ответила Рейчел.
— Как думаешь, узнаешь его по фотографии?
— Да. — У Рейчел завибрировал телефон, она посмотрела. — Брайони пишет, что она сходит за ключом и принесет его. Еще я написала ЧеширКэт, что он может быть тут. Они говорят, что это невозможно, и спрашивают, уверена ли я, потому что его телефон до сих пор в Калифорнии.
— Если у него не одноразовый телефон, как думал Марвин.
— Напишу им.
— Может, у меня просто паранойя. Как у мамы.
Я вспомнила все случаи, когда мама решала переезжать из-за «дурного предчувствия». Но потом я вспомнила, как на меня смотрела секретарша. Она смотрела на меня. Это я не придумала.
У Рейчел снова завибрировал телефон.
— Брайони пишет, все очень переживают, что ты исчезла, потому что кто-то пришел в школу и ищет тебя. Господи, Стеф. Ты права. Уверена, это он. Кто еще?
— Я… может, мама вернулась из больницы? — Я снова проверила телефон.
Распахнулась дверь школы. Я пригнулась.
— Я не вижу, твой ли это отец, — сказала Рейчел. — Слишком далеко. Брайони говорит, ключ у нее; она просто вошла и забрала его, пока все в классе рисования спорили. Никто ее не остановил. Она выйдет с минуты на минуту.
— Чем скорее, тем лучше, — сказала я. У меня бешено колотилось сердце.
— Блин, — ответила Рейчел. — Залезай в багажник, залезай в багажник, быстрее, залезай.
Я протиснулась в дыру в заднем сиденье, не успела она открыть рот.
— А что? Что происходит?
— Кто бы это ни был, он объезжает парковку. Смотрит. Тсссс.
В багажнике было темно и очень тесно, но вряд ли стоило удивляться, что тут куча хлама и все в меня впивается. Еще я заметила светящуюся ручку с надписью «ДЕРНУТЬ ЗДЕСЬ, ЕСЛИ ЗАСТРЯЛИ, ЧТОБЫ ОТКРЫТЬ БАГАЖНИК». Это, видимо, специально для жертв похищений. Я точно не собиралась дергать эту ручку. Сейчас это было не в моих интересах.
Кажется, я лежала на ломе. Я поерзала, чтобы его вытащить. Что ж, если мне понадобится оружие, это хоть что-то. Правда, у меня было не самое лучшее положение, чтобы использовать любое оружие.
— Да? — сказала Рейчел. — Вы что-то хотели?
— Ты Рейчел Адамс? — спросил голос. Говорившему приходилось кричать, потому что у Рейчел были закрыты окна. Надеюсь, он решит, что она их не открывает, потому что в машине пахнет травкой.
— Нет, — ответила она саркастичным тоном, мол, вы кто такой, чтобы спрашивать.
— Не знаешь девочку по имени Стефани?
— Новенькую? Знаю такую.
— А не знаешь, где ее можно найти?
— Не-а.
Тут мне пришло в голову, что Брайони может выйти и сказать «Эй, Рейчел» или еще как-то нас выдать. Я сжала лом и попыталась придумать, как открыть багажник и выскочить очень быстро и неожиданно. Но шансы были малы, потому что у меня затекала нога. Я попыталась поменять позу как можно тише: не хотелось бы, чтобы Рейчел пришлось отвечать на вопрос «А что там у тебя в багажнике?».
— У тебя что-то в багажнике? — спросил голос. Черт.