Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный". Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе). И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст. В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь *** ВАЖНО (говорил и в "Тамагаве"): в Японии автор не жил, не был, страноведение по ней не сдал бы и на двойку
— Интересно, сколько вас ещё ждать. — Хонока Хаяси, двадцативосьмилетняя начальница секретариата финансов, задумчиво барабанила пальцами по рулю в ожидании айтишников.
Небольшой контейнер в её багажнике те должны забрать собственноручно.
Понятно, что перестраховка, но инструкция деда однозначна: лично даже не прикасаться. Мало ли.
«Серого» подрядчика на не совсем законное изделие инженеры-очкарики выбирали сами. Если нигде не учтенный сканер вдруг не покажет ожидаемого результата, должна быть уверенность, что коробок как минимум не роняли по пути и не били об асфальт. Хрупкими женскими руками, не удержавшими груз.
Разовая функция курьера Хоноку, относящуюся к топ-менеджменту, вдохновляла несильно. Но, во-первых, об услуге попросил дед, совладелец всей корпорации. Во-вторых, номенклатура являлась конфиденциальной и от производителя по понятным причинам прибыла напрямую в их дом. А кому из своих можно поручить доставку матового кубика в офис с утра?
Правильно, самому младшему. Не отцу же или деду морочиться, тем более что они сегодня по земле и не поехали (пробки, дед вызвал вертолёт, а посадочная площадка в наше время имеется на крыше любого здания, подобного Йокогаме).
Над боковым стеклом дорогой спортивной машины склонилась незнакомая девица с нижних этажей корпоративного небоскреба. Поправила что-то несуществующее в заурядной (с точки зрения Хаяси) причёске, с двух сторон поразглядывала собственное лицо, высунула язык, втянула его обратно и решительно развернулась к шагающему от выхода парню.
«Такахаси Тика. Складская логистика», прочла высокопоставленная сотрудница на чужом бейдже-пропуске. Сама Такахаси сквозь нано-напыление стекла премиального автомобиля сидящую за рулём хозяйку, разумеется, не увидела.
Чтобы хоть как-то скрасить ожидание, Хонока активировала виртуальный интерфейс бортового компьютера и щёлкнула по иконке звукопоглотителя. Салон наполнился шумами улицы:
— … почему ты захотела разговаривать именно здесь? — сотрудник всё тех же низовых (в обоих смыслах) этажей оказался достаточно примечательной особью.
Когда он подошёл ближе, Хаяси-младшая рассмотрела его получше.
Во-первых, не такой уж и юный, чтоб сказать мягко. Явно не моложе тридцати.
Лицо, в принципе, ладно, сойдёт за японское. На островах, протянувшихся на пару тысяч километров, встречаются и не такие персонажи. Однако русые, почти светлые волосы — странно. Поскольку цвет родной, не краска, отметила топ-менеджер, присмотревшись внимательно.
В дополнение к необычному тону шевелюры тип щеголял небесно голубыми глазами, настолько яркими, что впору было подозревать мутацию.
Заинтригованная шефиня секретариата финансов прочла надпись на мужском бейдже и так развеселилась, что пришлось удерживаться от неуместного хрюканья внутри салона: «Решетников Такидзиро».
— Вот это тебя покрутило, — бесшумно похихикала она вслух.
Отсутствие названий департамента и должности означало: нетривиальный со всех сторон хафу пребывает в самом низу пищевой цепочки.
Стажёр в тридцатник лишним. Прикольно. Он что, в детский сад попал после десяти лет, а в школу — после пятнадцати?
От нечего делать Хаяси вбила пароль, воспользовалась допусками должности и по диагонали пролистала персональный файл чудака (делать нечего, айтишников пока не видать).
Настроение самым недостойным образом поднялось ещё выше.
Действительно за тридцать, внешность не врёт. Для нынешней позиции по меркам большинства кадровых требований — древний мамонт.
Как его угораздило?
И правда стажёр, причём не первый год, рука-лицо. Надо быть или очень большим неудачником, или вообще… нужные слова не находились. Хотя теперь актуален вопрос, почему его не увольняют, если безнадёжен.
Мужик давно и прочно застрял на самой нижней должности без перспектив (какой к чёрту рост в складской логистике, только переводиться. Однако не с его профайлом — кто возьмёт к себе престарелого новичка?).
Конечно, причиной могло быть и нечистокровное происхождение, особенно с учётом личности начальника отдела. Но в тех же родных финансах Хонока знала минимум пару натурализовавшихся гайдзинов, которые барьер остракизма пробили успешно.
— … и сейчас движутся вверх по карьерной лестнице как родные, — беззвучным шёпотом закончила она вслух. — Несмотря на.
Обгоняя иных чистокровных коллег-японцев.
Наверное, в конкретном случае виноват не национальный вопрос, а всё же что-то иное. Кто хочет, тот добьётся.
— Здесь мне будет спокойнее разговаривать, — тем временем ровно ответила подошедшему Такахаси.
— Даже боюсь представить тему, — подобрался светловолосый. — Именно так начинается самое неромантичное.
— Буду краткой. Мы с тобой больше не встречаемся. Извини. Не хотела этого говорить наверху. — Девица полуофициально поклонилась, обозначая некую нотку сожаления.
