– Тоже иголка в стоге сена. Знаете, сколько на юге Флориды отелей? Тысячи. Мы проверили сотню средней ценовой категории и ничего не нашли. В одном Маратоне и рядом таких одиннадцать. Там тоже ничего.
– Все это напрасная трата времени, – махнул рукой Даррен.
– Это называется «расследование», – напомнила Лейси. – Бывало, самые мерзкие преступления раскрывались благодаря тоненьким ниточкам, поначалу казавшимся пустяковыми.
– Что ты знаешь о раскрытии мерзких преступлений?
– Немного, но я читаю книжки про серийных убийц. Очень занимательно.
Сейделл задышала, превозмогая боль, и, напитавшись кислородом, спросила:
– По нашей версии, чтобы убить Верно, он мотался в Билокси и обратно?
– Верно и Данвуди. Да, таково наше предположение. Сколько на это требуется – пара часов?
– Вроде того, – подтвердил Даррен. – Это и настораживает. Если взять все восемь убийств – знаю, знаю, мы рассматриваем не все восемь, а только три, – то они совершены относительно недалеко от Пенсаколы. Дэнни Кливленд в Литл-Роке – в восьми часах езды. Тэд Ливуд под Чаттанугой – в шести часах. Брайан Берк в Гэффни, Южная Каролина, – в восьми часах. Эшли Барассо в Колумбусе, Джорджия, – в четырех часах. Перри Кронк в Маратоне и Эйлин Никлберри под Уилмингтоном – оба в двенадцати часах. Не надо лететь, арендовать машину, платить за номер в отеле. Можно доехать.
– Это только те случаи, о которых мы знаем, – сказала Лейси. – Уверена, есть еще. И каждый раз в другом штате.
– Он знает о ремесле убийцы больше, чем мы, – подытожила Сейделл.
– Я догадываюсь, почему: у него больше опыта, – усмехнулся Даррен. – И он хитрее нас.
– Все так, зато у нас есть Бетти, отследившая его, – напомнила Лейси. – Представляете, если она права, значит, она установила личность убийцы. Целая армия детективов из убойных отделов не сумела, а она смогла!
– Это вообще не входит в наши задачи, – прохрипела Сейделл.
– Нет, но это мы знаем с самого начала. Будем рыть дальше.
– В полицию-то когда обратимся? – не вытерпел Даррен.
– Скоро.
Ровно в восемь утра, как и было договорено, двое детективов из полиции штата позвонили в дверной звонок. Оба были в темных костюмах, одинаковых солнцезащитных очках и приехали на темной машине. Любой за сто ярдов опознал бы в них полицейских.
Их вызвали домой к судье окружного суда, что само по себе было необычно. Им доводилось иметь дело с судьями, но только в залах суда, а не в неформальной обстановке.
Судья Бэнник оказался весьма улыбчив, он пригласил гостей в свою просторную кухню и угостил кофе. На столе лежал конверт обычного размера с домашним адресом судьи. Указывая на него, он объяснил:
– Доставили в субботу, опустили в ящик за дверью. Это уже третий раз за неделю. Каждый раз это отпечатанное на машинке письмо, у автора определенно проблемы с психикой. Письма я пока оставлю у себя. Угрозы в третьем письме наиболее откровенные. После ознакомления с первыми двумя я стал гораздо осторожнее с третьим: прежде чем взять его в руки и открыть, надел перчатки и постарался как можно меньше прикасаться к самому письму. Уверен, почтальон во всех трех случаях трогал конверты.
– Вероятно, – согласился лейтенант Охлер.
– Кто знает, что вы выясните! Но уж наверняка найдете отпечатки почтальона, а не мои. Если повезет, то еще что-нибудь, указывающее на психа отправителя.
– Конечно, судья.
Лейтенант Доббс достал пластиковый пакет и аккуратно положил в него конверт.
– Мы без промедления этим займемся. Не возражаете, если мы спросим, насколько это срочно?
– Насколько серьезна угроза? – уточнил вопрос Охлер.
– Я не буду брать с собой оружие, уходя из дома, но неплохо было бы, конечно, узнать, кто за этим стоит.
– У вас есть кто-нибудь на примете? – поинтересовался Доббс.
– Как будто никого. Каждому судье пишут письма какие-нибудь психи, но я не подозреваю никого конкретно.
– Хорошо. Сегодня же мы передадим конверт в криминалистическую лабораторию и уже завтра получим ответ об отпечатках. Если они будут, то мы попробуем определить, кому они принадлежат.
– Благодарю, джентльмены.
Уже в машине Охлер спросил коллегу:
– Как думаешь, почему он не показал нам все три письма?
– Вот и я удивился: почему? – отозвался Доббс. – Явно не хочет, чтобы их кто-то увидел.
– А другие два конверта?
– Их он трогал, так что на них его отпечатки.
– Образцы его отпечатков у нас есть?
– Обязательно. У каждого адвоката снимают отпечатки, прежде чем выдать ему лицензию.
Машина детективов выехала за ворота жилого комплекса. На шоссе Охлер спросил:
– Каковы, по-твоему, шансы найти на конверте чьи-то еще отпечатки?
– По-моему, шансов ноль. Сумасшедшим, отправляющим анонимные письма, хватает ума пользоваться перчатками и предпринимать прочие меры предосторожности. Это тебе не ракетостроение какое-нибудь.
– У меня появилась догадка, – сообщил Охлер.
– Обожаю твои догадки! Ну-ка, ну-ка…
– Он знает, от кого письма.
– С чего ты взял?
– Ни с чего, просто интуиция. Для нее не нужны основания.
– Особенно в твоем случае.
