1. Удар, нанесенный немецкой армией по советским войскам, оказался для большинства наших соединений неожиданным. Солдаты и офицеры, застигнутые врасплох, не смогли оказать организованное сопротивление и были вынуждены отступать. Во многих частях имели случаи паники и бегства, вызванные в первую очередь отсутствием твердого (а зачастую хоть какого-нибудь) управления.
2. Части и соединения, возглавляемые умелыми и волевыми командирами, с первых дней войны оказывали упорное и ожесточенное сопротивление, нанося противнику ощутимый урон.
3. Стойкость, с которой воевали русские, была сразу отмечена немецкими командирами и солдатами. Даже попав в окружение, наши офицеры и солдаты нападали на превосходящего противника, уничтожая и изматывая живую силу, выводя из строя военную технику.
Уже в июле 1941-го многие немецкие солдаты в своих письмах начали выражать неуверенность в победе над Россией.
4. Стойкость и мужество советских солдат были вызваны в первую очередь тем, что они были потомками прославленных русских воинов. Они шли в бой не за руководителя партии и правительства и не за общественный строй, а, как их предки когда-то, за свою Родину, за свой дом, за своих детей.
Даже большинство русских эмигрантов, ненавидящих большевиков за то, что они сотворили с Россией, не раздумывая, чем могли, помогали СССР в борьбе с Германией. Все обиды были забыты, когда встал вопрос о жизни и смерти Родины.
Для русских Россия превыше всего. Солониным-сванидзам этого не понять…
Практически все так называемые либеральные историки уверены, что СССР сам готовил вторжение на территории, перешедшие к Германии после захвата Польши. Сторонники этой идеи разбиты на два лагеря: первые (их абсолютное большинство) настаивают на том, что СССР заранее и планомерно готовился напасть на Германию, чтобы, разгромив ее, создать в Европе лагерь соцстран. Вторые снисходительно допускают, что Советский Союз не собирался нападать на Германию (по крайней мере, в 1941 г.), но, видя опасную концентрацию немецких войск у своих границ, собрался нанести превентивный удар по этой группировке.
Давайте допустим, что СССР действительно готовился ударить первым (не вникая сейчас, с какой целью – разгрома всей Германии или только ее войск перед нашими границами). Тогда надо будет ответить на вопрос:
Не надо быть военным теоретиком, чтобы понимать: да, могла. Это обязательно должно было произойти, если бы мы были уверены, что Германия не собирается нападать (по крайней мере раньше нас), и вследствие этого расположили бы свои войска в боевые порядки для наступления, не заботясь об обороне. Тогда напавшая первой немецкая армия взяла бы нас «тепленькими».
«Либералы» безапелляционно заявляют: «
Но тут хочется этим «историкам» возразить. Мы только что убедились: руководство СССР знало об агрессивных намерениях Гитлера. Были приняты беспрецедентные меры по укреплению обороны западных границ. Причем их выполнение началось еще в марте 1941 г., сразу после получения сведений о существовании плана «Барбаросса».
10 июня наша разведка выявила начало выдвижения немецких войск к границе, а 18 июня сделала вывод, что немецкие войска изготовились к нападению.
Таким образом, завершающая стадия подготовки Германии к вторжению не осталась незамеченной. Следствием этого стало перемещение наших войск на позиции, определенные Планами прикрытия, и приведение их в боевую готовность в соответствии с директивой от 18 июня. Это неопровержимо доказывает, что руководство СССР допускало возможность нападения немецкой армии в ближайшее время. И даже если оно и планировало нанесение превентивного удара, то безалаберно подставлять под удар свои войска, не закончившие развертывание, могло только в том случае, если бы Сталин был завербован немецкой разведкой… Но такое, я думаю, даже «либералам» в голову не приходит.
