Подписав рапорт, отложив его в сторону, Костя все с тем же удивительным чувством радости и легкости на душе посмотрел в окно. Сыпались на стекла оранжевые лучи солнца, точно высохшая хвоя. Синь неба была глубока и ярка. Скоро и первые дни весны. Скоро конец зиме.
Нелегкая выдалась она для губрозыска, для его товарищей по работе. Тут и погони, и застреленный Федя Барабанов, и раскрытая "черная биржа", и приговор, вынесенный комиссионеру... А за всем этим милое улыбающееся лицо Поли. Увидеть ее, пригласить в кино на Дугласа Фербенкса.
"Выдумал что, инспектор. С девушкой в кино. А что? - тут же ответил сам себе сердито. - Или не имеешь права?"
Надел решительно на голову фуражку, поднялся из-за стола. Сказал, ни к кому не обращаясь, а глядя в окно на куски синего неба за переплетами, на купола церкви, на эти дворцового вида здания на площади:
- Если позвонит Иван Дмитриевич, скажете, что Пахомов на Мытном дворе. Опять там "конфетчики" развелись...
Он пошел прямо, видя лишь дверь перед собой и вместе с тем твердо зная, что агенты, бросив снова свои дела, смотрят ему вслед и улыбаются, хитро и по-доброму.
