Еще в Шереметьево я купила ему в подарок несколько бутылок: виски, коньяк, джин, мартини, бейлиз, а также туалетную воду «Sexy man». Я помнила, как горничная «Инглатерры» была счастлива, когда мы, съезжая, оставили ей шампуни и мыло.
К моему удивлению, Алехандро наотрез отказался взять все это у меня, заявив, что он не проститутка и не педик, чтобы принимать подарки от женщины. Он даже не взял пакет с бутылками в руки и не посмотрел, что в нем, поэтому тот так и лежал в углу комнаты.
Но теперь Педро не выдержал:
– Ты сказала, что в пакете виски?
– Виски, коньяк, джин, мартини, все что хочешь.
– Ок, давай выпьем виски!
– Возьми и выпей.
– Я не понимаю, чикита, что на тебя нашло?
– Беби, я устала! Другая страна, другой часовой пояс, другой климат, другие люди, другие деньги! Я нуждаюсь в отдыхе и тишине!
– Я – не беби, я – бой. Это ты беби.
– Я задолбалась, бой!
– Выпей виски! – Он протянул мне фужер с золотой каемочкой.
– Я не пью виски.
– Камон, выпей, расслабься!
– Я не пью виски.
– А что ты пьешь?
– Я пью вино.
– Да ну! Виски лучше!
Я сделала глоток, поморщилась и в изнеможении рухнула на кровать.
Он наконец понял, что я не люблю крепкие напитки, и пошел за вином, заперев дверь снаружи.
Айфон почти разрядился, я решила не писать эсэмэски – экономить его последние силы на всякий экстренный случай.
Из-под кровати выполз огромный черный таракан и печально пошевелил усами.
Погружаясь в дрему, я слышала, как где-то наверху звонит телефон. Потом кто-то крикнул: телефоне! И хозяин касы, наконец, снял трубку. Через минуту он постучал в комнату и спросил по-испански: где Алехандро? Таракан, громко топая, уполз обратно под кровать.
Я по-английски ответила, что Алехандро ушел.
– Передайте ему: завтра лобстеров не будет. Рыбака поймала полиция.Когда я проснулась, на кровати сидел Алехандро с бутылкой вина и штопором. Он наполнил бокал вином, дал его мне и сказал:
– Королева, оденься, я хочу познакомить тебя с моим белым папой. Это не мой настоящий папа. Мой папа черный. Он живет в Майами. – Алехандро выразительно поднял глаза в потолок и продолжил: – Я ничего не знаю о нем. А это мой сосед, но он мне как папа.
– И где он?
– Ждет за дверью. Оденься.
– Я одета.
– Надень платье. Эта блузка просвечивает. Я вижу твою грудь.
Пришлось переодеваться.
Он придирчиво оглядел меня.
– У тебя жир на животе. Когда ты приезжала в прошлый раз, этого не было. Москва портит твою фигуру. – Увидев мой ошарашенный взгляд, он опустился на колени и начал целовать мой живот. – Тебе не надо есть несколько дней.
– Я не смогу не есть несколько дней.
– О, камон! Мы будем заниматься сексом, и ты забудешь о еде.
– Не надоело себя рекламировать? Я и так с тобой похудела за два дня. Юбка вон уже сваливается.
– Надень это платье. Оно тебе больше идет.
Я нарядилась в свое вечернее шелковое небесно-голубое платье, слегка измявшееся в чемодане.
И предстала перед белым папой.
