– А я бы хотела провожать кумутканов, когда они уходят на свои ледниковые купола. Следить, чтобы им никто не мешал. Они ведь скоро все уйдут. Сами уйдут в своё одиночество. Там их уже никто не тронет.
– Никто.
– Никто.
«Здравствуй, Олег.
От тебя давно не было новостей. Как там Лида? Как родители? Что нового в центре Цонкапы?
У меня всё по-старому. Работаю в приюте, занимаюсь “Атишей”. Сейчас вот суетимся, нужно подготовиться к приезду Геше. Как всегда, спорим, можно ли зарабатывать на продаже духовной литературы. Как видишь, в этом смысле ничего не изменилось. Но Вера Дашинимаевна отошла от дел, и то хорошо.
Олег, у меня к тебе просьба. Тут Максим… У него не самое простое время. Я была в ретрите, оставила его с папой, а тот додумался взять Максима на охоту. У папы с возрастом явно какие-то проблемы с головой. Он его не просто потащил на охоту, а ещё на сутки оставил одного посреди льдов, когда там всё рушилось и проваливалось.
Представь, на глазах у Максима ворон заклевал нерпёнка! Там был ещё один нерпёнок, так Максим затащил его в палатку и сидел с ним не вылезая. Чтоб ворон не добрался. Вот такие каникулы у нас дедушка организовал для внука. Максим потом не отставал от меня. Говорил, что второго кумуткана привезли на берег, а в нерпинарии его нет, значит, нерпёнка держат в застенках и пытают. Представляешь? Для него дедушка стал каким-то монстром.
А папа сам хорош. После этой поездки молчит. В себя ушёл. Не выезжает из Листвянки. Максим приставал к нему, спрашивал про кумуткана. Я его таким не видела. Наконец папа признался, что вторая нерпа тоже умерла. У неё была какая-то инфекция лёгких. Одним словом, чудесная история. Лучше б я Максима с собой в ретрит взяла. Пожил бы там с хувараками.
Это ещё не всё. Максим рылся у меня в ящиках. Нашёл своё свидетельство о рождении, а там – полное имя Панкрата. Они с другом искали в интернете и выяснили, что в Бауманском был студент точно с таким именем. Да, такие дела. И Максим начал писать ему письма. Просто указывал адрес университета и отправлял. Думал, там по имени передадут. Хорошо хоть, письма все возвращаются. Я их читаю. Почему-то с отцом, которого он никогда не видел, Максим куда откровеннее, чем со мной. Такие дела.
Я не знаю, правильно это или нет. Потом разберёмся. 7 июня у Максима день рождения. Ты купи ему глобус или что-нибудь такое. Отправь посылку на его имя, а в “откуда” укажи Москву. Можешь ещё открытку приложить. Просто “С днём рождения”, без подписи. Хорошо? Деньги я тебе потом отдам.
А то он совсем кислый после этой байкальской истории. Я ему ещё котёнка подарю. Он уже два года канючит собаку. Собаку нам, конечно, некуда поселить, а котёнка – можно. Пусть даже назовёт его, как хочет.
Такие дела. Передавай всем привет.
Только не затягивай с посылкой. Она из Москвы недели две-три будет ползти.
Твоя И. С.».
«Привет, Людвиг!
Как ты там в своём Пихтинске? Как твои голендры?
Пишу сразу после вылазки! Плохо, что тебя с нами не было. Втроём было бы веселее. Тебе привет от Аюны, она тут крутится, мешает писать.
В общем, мы забрались в сарай! Всё было просто. Вышли на Музее, прошли вверх по дороге и – всё. Ключ подошёл без проблем.
Место не самое приятное. Тёмные пыльные комнаты. Какие-то провода, мышеловки. Как я и думал, ничего хорошего. Нашли дедушкин кабинет. Там всё завалено книгами. Висят пыточные схемы и страшные фотографии, на которых какая-то кровища. Сплошная жуть. Потом расскажу. А все провода там ведут в отдельную комнату. Она большая, это точно, но внутрь мы не попали. Дверь железная, и на ней кодовый замок. За этой дверью, наверное, и спрятаны все секреты. Не удивлюсь, если там всё как в фильмах ужасов. Может, там вообще спуск в казематы или тюрьмы! Километры мрачных тоннелей, с пауками и червяками. Заросшие паутиной лаборатории, где дедушка скрещивает эльфов и гномов, пришивает им железные руки и лазерные глаза. Всё может быть. Там, в своих подвалах, он и крыс топит, и над нерпами издевается. Это точно.
Так что в сердце сарая мы не попали. Но! Нашли другую комнату. Там стоит бассейн. Тот самый, из которого бежал Мишка. Помнишь, я тебе рассказывал? Он ещё слив забил рыбой и всё затопил? Так вот, этот бассейн не пустует. Там кое-кто живёт. Угадай кто?»
«Ну, какие предположения? Кто там может быть?»
Ещё две пустые, но пронумерованные тетрадные страницы.
«Дымка! Да, там плавает самая настоящая Дымка! Я её сразу узнал. Аюна не поверила, но потом мы разглядели у неё на спине остатки от номера “I”, которым её дедушка пометил. Так что он нам всё наврал. Ничего она не умерла! Жива и плавает!
Увидела нас и обрадовалась. Стала плескаться, выпрыгивать возле бортика, плюхаться, кружиться по бассейну. Наверное, вспомнила.
