Это еще не самое страшное. Он много лет умудрялся выходить сухим из воды, потому что платил деньги за то, чтобы копы закрывали глаза на его грешки. Но теперь он влип крепко. Только за финансовые махинации, даже без учета ограблений, ему светит пожизненное.
Что же, главное — что этого не случилось с более симпатичными парнями.
Ты имеешь в виду меня? — поинтересовался Энди Келп, возникая на пороге гостиной.
Мы говорили о Максе Фербенксе, — пояснила Мэй.
Ты опять не воспользовался входным звонком, — неодобрительно заметил Дортмундер.
Не хотел вас зря тревожить. Кстати, у меня вопрос — а не поехать ли нам куда-нибудь отдохнуть?
Дортмундер посмотрел на Мэй. Та развела руками:
Это — твои деньги, Джон.
Тогда надо подумать.
Это то самое кольцо? — заинтересовался Келп.
Да. Мы просто смотрели на него.
Я думаю, что оно израсходовало всю свою удачу на дядюшку Гидеона. И сейчас большей удачей будет не надевать его.
О! - Келп проворно положил кольцо на телевизор,— И что ты с ним собираешься делать? Подарить?
Если найду человека, который мне настолько не понравится, А пока пусть полежит в ящике. — И Дортмундер засунул кольцо обратно в стол, подальше от солнечного света.
- Джон а не поехать ли нам... — начала было Мэй, но ее прервал телефонный звонок.
- Секундочку, — Дортмундер потянулся к трубке, гадая, может ли это снова быть Псевдоним, отчаявшийся найти другого Кандидата на роль Фреда Маллинза, но его остановил Келп.
Джон, это у меня.
Дортмундер непонимающе уставился на приятеля. А Келп вытащил из кармана миниатюрную трубку, раскрыл ее и поднес к уху.
- Да? — Его лицо расплылось в широченной улыбке, и он радостно закричал. — Привет, Энн-Мэри! Как дела?
[8]
