Куда ведет меня дорога полностью

Он покачал головой.

— Нет, я только…

— Он здесь, Блейк. Институт для лечения онкологических больных в Дьюке — один из самых лучших. То, что ты выберешь Дьюк, не должно ничего менять. Ты можешь получить то, что хочешь. Я же — то, в чем нуждаюсь. Мы можем сделать это вместе.

— Ладно, — согласился он. — Но ты должна мне кое-что пообещать.

— Все, что угодно.

— Позволь мне разделись эту ношу с тобой. Не отстраняйся и не отталкивай меня. Теперь это наша жизнь, наше будущее.

Я всхлипнула, вытерев слезы.

— Хорошо, я обещаю.

Минуты тянулись как часы, пока мы пили кофе.

— Хотела бы я, чтобы Мэри была сейчас здесь.

Он медленно кивнул, помрачнев еще больше.

— Я бы тоже хотел, чтобы моя мама была здесь. Она хороша в подобных ситуациях. Она бы взяла на себя все обязанности, записи к врачу, все, что нам будет нужно. Я имею в виду… Ты хоть знаешь, с чего нам нужно начать? — Он рассмеялся, поначалу низко и медленно, но потом этот смех перерос в истерический. Это был красивый звук. Красивая сцена. Он был красивым.

— Что?

— Нам по восемнадцать, и мы нуждаемся в наших мамочках!

— Ага, — согласилась я. — Но, в то же время, нам только восемнадцать. Предполагается, что нам может потребоваться помощь.

Он прекратил смеяться и сделал вдох.

— Думаю, пришло время возвращаться домой, Блейк.

В конце концов, не года ведут отсчет нашей жизни, а жизнь считает года.

— Я люблю тебя, детка, — сказал он, стоя перед холодильником и читая мою записку. Он поднял наши сумки с пола и поцеловал меня в щеку. — Жду тебя в машине.

— Постой. Ты не собираешься оставить записку?

— Уже, — подмигнул он.

Я развернулась к холодильнику, ища ее глазами. Она была там. В левом верхнем углу. Как всегда, красные чернила.

Будь сильным, когда ты слаб, смелым, когда боишься, и скромным, когда побеждаешь.

ГЛАВА 36

Хлоя

Мэри плакала, когда мы рассказали ей новости. Мы знали, что так и будет. Дин вышел из комнаты и пошел на задний двор к игровому домику. Мэри сказала оставить его одного, ему нужно время. Он пробыл там около часа, когда Блейк направился туда поговорить с ним. Они пробыли там еще два часа. Когда они вернулись из игрового домика, Дин сжал меня в объятиях, сказал, что любит меня, а потом вернулся к себе прежнему.

Блейк так и не сказал мне, о чем они говорили.

Гарри, единственный достаточно взрослый, заявил, что он уже мужчина, и что не будет плакать из-за этого. Но когда я поднялась в его комнату, чтобы поговорить, то услышала плач. Я оставила его одного, чтобы он мог справиться с этим. Возможно, ему было важно показать себя взрослым, но мне было плохо от мысли, что я причиняю ему боль.

Мы сказали, что вернемся на следующий день, надеясь к тому моменту знать, что делать дальше. К тому же, мы не знали, что это именно за опухоль. И нам было важно оставаться позитивными.

Мама Блейка очень обрадовалась, когда увидела кольцо на моем пальце, но, посмотрев на его лицо, тут же насторожилась.

— Нам нужна твоя помощь, — прохрипел он.

Она сидела на кушетке напротив нас, пока мы рассказывали все произошедшее. Все это время он держал меня за руку, нежно пожимая ее, когда это было нужно, чтобы придать мне храбрости. Она сидела неподвижно, тихо плача и слушая наш рассказ. Поняв, что мы закончили, она положила руки на колени и встала.

— Что ж, — заявила она, быстро вытирая слезы, — все выглядит так, будто нам нужно многое организовать.

Блейк подтолкнул меня локтем, а на его лице появилась ухмылка. Он поднял брови, кивая в сторону своей мамы, как бы говоря: «Я же говорил».

Еще до того, как я закончила готовить нам кофе, она уже села за компьютер, разговаривая по телефону и записывая номера и имена. У нее все было под контролем. Именно то, что нам было нужно.

Она записала меня на маммографию к доктору Рамирез и сказала, что мы можем остаться в ее доме, пока во всем не разберемся; дом был пуст после того, как ушел отец.

Она работала быстро, даже, возможно, слишком быстро, но это было к лучшему. Чем раньше мы узнаем, тем раньше я смогу получить нужное лечение.

Я попросила Блейка поднять наши сумки в комнату и сказала, что скоро вернусь. Как только он ушел, я повернулась к миссис Хантер.

— Спасибо.

Она грустно улыбнулась, потом села рядом со мной и взяла меня за руку.

— Продолжай, — сказала она. — Есть же что-то еще.

— Блейк сказал, что вы помогли ему с выбором кольца, когда приезжали увидеться с нами. Но это было до того, как вы узнали о… ну, вы знаете... — Даже то, что у меня была вся жизнь, чтобы свыкнуться с мыслью о раке, мне всё равно быть очень тяжело произносить это слово.

— Милая, о чем ты говоришь?

Я вытерла слезы со щек.