Куджо полностью

— Может, и нет. Найдем самое простое объяснение и скажем: "Ну мы и идиоты!" Но меня это удивляет. Говорите, клапан? Вы уверены?

— Абсолютно.

— Тогда зачем ей вообще брать машину в прокат? Это работа на пятнадцать минут. Раз, и готово. Тогда где же…

— …эта чертова машина? — закончил Вик. Мир вокруг него уже начал расплываться.

— Почему бы Вам не пойти поспать? — предложил Мэсен. — У Вас очень усталый вид.

— Нет, я хочу быть на ногах, если что-нибудь случится.

— Тогда Вас кто-нибудь разбудит. Потом, скоро приедет ФБР ставить на Ваш телефон систему подслушивания. А эти парни мертвого разбудят. Так что не волнуйтесь.

Вик слишком устал, чтобы возражать.

— А это обязательно — система подслушивания?

— Лучше действовать наверняка, — сказал Мэсен, туша окурок. — Отдохните и будете соображать лучше, Вик.

— Ладно.

Он медленно поднялся наверх. Постель была убрана. Он сам ее убрал. Теперь он просто подложил под голову пару подушек и упал на матрас. Утреннее солнце палило в окно. "Я не засну, — подумал он, — просто полежу. Минут пятнадцать… или полчаса?"

Но когда телефон разбудил его, уже наступил день.

Черити Кэмбер пила свой утренний кофе и звонила Альве Торнтону в Касл-Рок. В этот раз Альва оказался дома. Он уже знал, что она говорила с Бесси.

— Нет, — сказал Альва. — Я его не видел с прошлой среды. Он привозил мне трактор. Нет, про Куджо ничего не говорил.

— Альва, ты можешь сходить к нам и посмотреть, как там Куджо? Бретт видел его перед нашим отъездом и говорит, что он выглядел больным. И я не знаю, кого Джо попросил его кормить.

— Я схожу, — пообещал Альва. — Вот только управлюсь с этими чертовыми курами и схожу.

— Спасибо, Альва, — сказала Черити. — Звони, если что.

Они поболтали еще, главным образом о погоде. Из-за жары Альва беспокоился за своих цыплят. Потом она повесила трубку.

Когда она вошла в кухню, Бретт поднял голову. Джим-младший сосредоточенно размазывал по столу пролитый сок и без умолку болтал. Видимо, за последние сорок восемь часов он пришел к выводу, что Бретт Камбер — ближайший родственник Иисуса Христа.

— Ну? — спросил Бретт.

— Ты был прав. Отец не просил Альву кормить его, — она увидела на лице Бретта тревогу и поспешила добавить.

— Но он обещал сходить посмотреть, как только покормит кур. Я дала ему телефон, и он обещал позвонить.

— Спасибо, мама.

Джим выскочил из-за стола на зов Холли.

— Бретт, пошли со мной!

Бретт улыбнулся.

— Я тебя здесь подожду.

— Ага, — Джим побежал наверх с криком: — Ма! Бретт сказал, что он подождет! Бретт подождет, пока я оденусь!

Слоновий топот по ступенькам.

— Славный парень, — сказал Бретт.

— Я думаю, — задумчиво проговорила Черити, — нам придется вернутся пораньше. Если хочешь.

Лицо Бретта прояснилось, и это даже немного опечалило ее.

— Когда?

— Что если завтра? — она имела в виду пятницу.

— Конечно! Только, — он замялся, — тетя Холли не обидится? Она ведь твоя сестра.

Черити подумала о кредитных картах мужа Холли. Бретту это не понравилось, и ей, пожалуй, тоже. Иногда и она видела мир глазами Бретта… или глазами Джо.

Поэтому хватит, хорошего понемногу.

— Нет, — сказала она. — Думаю, не обидится. Я ей скажу.

— Хорошо, мама. Я не из-за них хочу вернуться, ты знаешь. Они хорошие. Может, они еще приедут к нам в Мэн.

— Может быть, — сказала она, хотя сомневалась, что Джо это допустит. — Конечно, можно их пригласить.

…Альва так и не позвонил. Как только он кончил кормить кур, полетел мотор в его большом кондиционере, и началась отчаянная борьба за спасение птиц от жары. Это была та же воля рока, которую Донна Трентон читала в мутных, безумных глазах Куджо. Когда же кондиционер, наконец починили (Альва Торнтон потерял шестьдесят двух цыплят и считал, что еще легко отделался), было уже четыре часа дня, и противостояние на пропаленном солнцем дворе Камберов завершилось.

Энди Мэсена все считали вундеркиндом ведомства юстиции штата Мэн, и кое-кто даже прочил ему в скором будущем место начальника уголовного отдела. Но планы Мэсена простирались куда дальше. Он надеялся к 1984 году стать окружным прокурором и в 87-м баллотировался на пост губернатора штата. А после восьми лет губернаторства — кто знает?

Он вырос в большой бедной семье, в ветхом домишке "белой дряни" в городке Листан. Его трое братьев и две сестры шли в русле семейных традиций, только Энди и его младший брат, Марти, окончили школу. К ним могла присоединиться и их сестра Роберта, но она в выпускном году предпочла выскочить замуж за какого-то никчемного пьяницу, который хлебал виски прямо из бутылки, а напившись, колотил и ее, и сына. Марти же погиб в автомобильной катастрофе на дороге № 9, когда он с друзьями, все пьяные, пытались съехать на полном ходу с Сиройского холма. "Камаро", в котором они ехали, дважды перевернулся и взорвался.