Куджо полностью

"Ему плохо, — ответил внутренний голос. — Он умирает. Что ты думаешь делать? Ты ведь его мать".

Что она могла? Неужели Тэду станет лучше, если она выйдет и позволит себя убить?

Полицейский. Кто-то послал его сюда. И когда он не вернется…

— Пожалуйста, — прохрипела она. — Скорее.

Уже было восемь часов, и температура поднялась только до 77. Но днем обещали 102 — новый рекорд для этого сезона.

Таунсенд и Энди Мэсен прибыли в полицейский участок в Скарборо в 8.30. Мэсен послал Таунсенда на разведку.

Дежурный офицер сказал, что Стивена Кемпа отправили в Мэн. Он отказался говорить, но специалисты в Массачусетсе тщательно обследовали его фургон. Никаких следов пропавших женщины и ребенка им найти не удалось, зато у колеса фургона они обнаружили чудный маленький склад — марихуана, немного кокаина и быстродействующая смесь, известная под названием "Черная красавица". Это дало им право задержать мистера Кемпа.

— А "пинто"? — спросил Энди Таунсенда. — Где же этот чертов "пинто"?

Таунсенд пожал плечами.

— Баннермэн еще не звонил?

— Нет.

— Ладно. Передайте — пусть приедет сюда, когда они привезут Кемпа. Это входит в его обязанности, и я хочу, чтобы он сам его допросил.

Таунсенд вернулся через пять минут обеспокоенный.

— Я не могу до него дозвониться, мистер Мэсен. Диспетчер утверждает, что его нет в машине.

— Тьфу, наверное, попивает кофе на Кози-Корнерс. Ну и черт с ним, — и Мэсен закурил очередную сигарету. — Не допросить ли нам Кемпа без него?

— Что ж, можно.

Мэсен кивнул.

— Все это мне совсем не нравится, мистер Таунсенд.

— Да, хорошего мало.

— Я уж думаю, не закопал ли он их где-нибудь между Касл-Роком и Твикенхэмом. Но мы его расколем, мистер Таунсенд. Я раскалывал орешки и покрепче.

— Да, сэр, — сказал Таунсенд уважительно. Он верил в это.

— Расколем, если попотеем с ним дня два.

Таунсенд каждые пятнадцать минут пытался дозвониться до шерифа. Он не очень хорошо знал Джорджа Баннермана, но был лучшего мнения о нем, чем Мэсен, и сомневался, что он в данный момент способен пить кофе. Когда пробило десять, он забеспокоился уже не на шутку. Еще он думал, не молчит ли Баннермэн специально, чтобы досадить Мэсену.

Роджер Брикстон прибыл в Нью-Йорк в 8.49 и добрался до гостиницы к 9.30.

— Ваш номер на двоих? — спросил его клерк.

— Моего компаньона срочно вызвали домой.

— Какая жалость, — безразлично сказал клерк и дал Роджеру заполнять бланк. Сам он в это время болтал с кассиром о своих планах насчет отпуска.

Потом Роджер лежал у себя в номере и пытался заснуть, но сон не шел. Донна трахалась с другим и взвалила это на Вика в придачу к этой вонючей красной каше. Теперь Донна с Тэдом пропали, и Вик пропал. Вся эта неделя прошла как в дыму. Замечательный трюк — куча дерьма, и все на вашу голову. Голова его раскалывалась от боли.

Наконец он встал, не желая оставаться наедине с головной болью и своими мыслями. Спустился вниз за аспирином, потом вышел прогуляться. Его голове это помогло мало, зато позволило обновить старинную ненависть к Нью-Йорку.

"Никогда не вернусь сюда, — подумал он. — Лучше буду развозить "пепси", только бы не тащить сюда Элсию с девочками".

Потом он зашел к заказчикам — фирма "Саммерс", размещающаяся на четырнадцатом этаже громадного дурацкого небоскреба. Секретарша улыбнулась, узнав его.

— Мистер Хьюитт только что вышел. А мистер Трентон с вами?

— Нет, его вызвали домой.

— Постойте-ка, у меня есть кое-что для вас. Пришло сегодня утром.

Она протянула Роджеру телеграмму в желтом конверте. Адресовано В. Трентону /Р. Брикстону/ Эд Уоркс.

Роджер достал ее и сразу понял, что это от Шарпа. Он принялся читать.

Телефон разбудил Вика около двенадцати, иначе он проспал бы до вечера. Сон его был тяжелым и беспокойным, и проснулся он, с трудом соображая где он. Опять вернулось прежнее видение. Донна и Тэд прятались в пещере от ужасного, мифического чудовища. По пути к телефону он споткнулся и едва не упал.

"Донна и Тэд, — подумал он. — Нашлись".

— Алло?

— Вик, это Роджер.

— Роджер? — он сел. Рубашка прилипла к телу. Мозг еще не совсем проснулся, и он понимал только то, что в комнате невыносимо жарко. Сколько же он проспал? В доме было совсем тихо.

— Роджер, сколько сейчас времени?

— Времени? Что-то около двенадцати. А что…

— Двенадцать? О, Боже… Роджер, я спал.

— Что случилось, Вик? Они вернулись?

— Когда я засыпал, еще нет. Этот ублюдок Мэсен обещал…

— Что за Мэсен?

— Он расследует дело. Роджер, мне надо ехать. Нужно отыскать…

— Держись. Я звоню из "Саммерса". От Шарпа из Кливленда пришла телеграмма. Нам сохраняют заказы.

Что? Все менялось слишком быстро. Донна… какие-то заказы… Роджер, с его абсурдно радостным тоном.

— Когда я пришел, мне дали телеграмму. Хочешь, прочитаю?

— Лучше перескажи.

— Старик воспринял эту историю с "Клубникой", как второй "Аламо" — нужно держаться вместе, один за всех и все за одного. Мы оказались защитниками чести фирмы.

— Да, я так и думал, — пробормотал Вик, разминая пальцами шею.