Допустить нельзя. Ни в коем случае нельзя. Депеша правительственная, Ленина: «Астрахань защищать до конца». С полуночи семнадцатого июля стрелковые полки, кавалерийские эскадроны, батареи, корабли — все, чем Республика располагает в устье Волги, переходит под командование Южной группы. Хорошо!
К_и_р_о_в — Куйбышеву: «…Одновременно сообщаю, что хлебный вопрос здесь осложняется с каждым днем. Гупродком имеет всего шесть вагонов. Несмотря на категорическое телеграфное предписание Ленина и Цюрупы отправить Астрахани 75 вагонов, наряд этот не выполняется».
Астраханский край никогда не имел своего хлеба. Его богатство — рыба, соль, овцы. Зерно доставляли с Северного Кавказа, с Кубани. Житницы эти с прошлой осени полностью отрезаны. Армейский и рабочий паек — вяленая вобла и чилим — болотный орех с дурным запахом. В дни особенно критические — чилим без воблы. Терпят…
К_у_й_б_ы_ш_е_в — Новицкому: «Необходимо нажать в Саратове на все кнопки в смысле отправки в Астрахань хлеба… Используйте свои права командующего группой и толкните как можно больше хлеба… Не буду возражать, если часть вагонов будет прицеплена к моему поезду. Проследите исполнение приказа о высылке в Астрахань 33-го авиаотряда. Выезжаю или сегодня в ночь, или завтра днем».
Ему же по прямому проводу: «Здравствуйте, Федор Федорович! Очень будет досадно, если мы с Вами не увидимся. Быть может, Вы подождете меня, а время используете для некоторых распоряжений из Саратова по части Астраханской группы, в особенности относительно хлеба, аэропланов и артиллерии… Из запаса IV армии, из Самары, завтра пойдет 25 тысяч пудов зерна. Кроме того, Покровская коллегия получила новый наряд на 100 вагонов. Надо Вам до выезда из Саратова настаивать на скорейшем его выполнении.
Новости у нас следующие: сегодня на Восточном фронте взяты Верхнеуральск, Ирбит и Челябинск. Южная группа пока останется в прежнем виде под Вашим командованием, в дальнейшем превратится в Туркфронт, по-видимому, под командованием Фрунзе.
Н_о_в_и_ц_к_и_й: «Хорошо. Буду Вас ждать в Саратове».
Назавтра Ф_р_у_н_з_е из Симбирска Новицкому: «Относительно помощи Астрахани мною меры принимаются. Я вывожу в резерв фронта 21-ю дивизию, действующую на екатеринбургском направлении, и буду перебрасывать в район Саратов — Астрахань… Надо постараться поставить на ноги 22-ю дивизию. Возможно, что обстановка принудит бросить ее на астраханское направление. Об отдаче Астрахани не может быть никакого разговора. Товарищу Куйбышеву желаю всяческих успехов, думаю, что ему придется оставаться там очень недолго».
Тонкий волосок слишком натянут. С севера от Царицына рвутся кавалерийские корпуса Улагая и Мамонтова. Со стороны Гурьева наседают уральские и астраханские казаки. Из кизлярских степей — терские казаки, подкрепленные пехотными полками: апшеронским, ширванским, самурским с артиллерией. Окошко в Россию — узкую полоску железной дороги Астрахань — Саратов — долбят английские самолеты.
Фрунзе требует нанести контрудар. Срок жесткий — от друга можно требовать больше обычного — середина августа. Передавая приказ, Новицкий предупреждает: «Выполнять операцию придется Вам, Валериан Владимирович. В роли командарма-XI. Армии нет. Ее дважды формировали, дважды ликвидировали. Начинайте сызнова. Вы умеете… Я думаю, что мы сможем дать пополнение, но неодетое, невооруженное».
Куйбышев, Новицкий — в военном искусстве авторитеты неравные. Далеко не равные. Федор Федорович — блестящий выпускник Академии генерального штаба, мозг многих сражений, победоносных боев. Валериан Владимирович — детская влюбленность в Суворова, кадетский корпус, военные организации большевистского подполья, политический комиссар армии, группы армий. Партийная ответственность за все. За военных профессионалов не в последнюю очередь. Под оперативными приказами, диспозициями рядом подписи: Тухачевский — Куйбышев, Новицкий — Куйбышев. Каждый в своем качестве. Теперь иное. Теперь над планом контрудара склоняются два военачальника. Пробующий силы в условиях труднейших — и-маститый, заслуженный. Каждый со своими резонами, важными доводами. Признание Новицкого заключительное: «Я буду настаивать на предоставлении Вам полной оперативной свободы».
Оперативная свобода — возможность на свой риск, под свою ответственность — только свою! — сделать выбор. Берег Волги правый или левый? На каком берегу наращивать силы, переходить в наступление?
На левом, наподобие кровеносной артерии, — полоска железной дороги. Бои за господство непрекращающиеся. G конницей и пластунами Улагая. Напоминание Новицкого: «Возможный успех противника на левом берегу, в районе слободы Владимировки и станции Баскунчак, будет иметь чрезвычайно серьезные последствия, принимая во внимание чувствительность сообщения Астрахани с севером».
