1. Мы обязуемся провести это и
2. Едущие в Россию обязуются работать с максимальным напряжением и наибольшей производительностью труда и дисциплиной, превышающими капиталистическую норму, ибо иначе опередить капитализм и даже догнать его Россия не в состоянии.
3. Обязуемся все случаи конфликтов без изъятия, какого бы рода эти конфликты ни были, передавать на окончательное решение высшей Соввласти России и добросовестно выполнять все ее решения.
4. Обязуемся не забывать крайнюю нервность голодных и измученных русских рабочих и крестьян вокруг нашего дела и всячески помогать им, чтобы создать дружные отношения, чтобы победить недоверие и зависть».
Еще Ленин — Куйбышеву. По прошествии одной недели.
«Вы видели вчера в
Дело и в Цека поставлено. Точно и полно информировать и Цека и Профинтерн нам придется. Тов. Горбуцов устроит Вам с телефонисткой и пр.».
Вчера в СТО… На записке рукою Ленина дата: «30 сентября». Заседание Совета Труда и Обороны, где Себальд Юстинус Рутгерс, член корпуса королевских инженеров Голландии, держал угрожающую речь, состоялось также тридцатого сентября. В пятницу, в послеобеденные часы. А «вчера», потому что записку Ильич пишет поздно ночью, дома. К Валериану Владимировичу она попадет первого числа, уже октября.
По своей натуре Себальд Рутгерс — человек уравновешенный, сдержанный, необыкновенно доброжелатедь-ный. Инженер божьей милостью. В недалеком прошлом строитель Роттердамской гавани. Директор управления строительством дорог и мостов на Суматре. Главный представитель Голландско-индийской железнодорожной компании в Америке. И всего важнее — коммунист. Делегат Первого конгресса Коминтерна. Надежный, убежденный друг Страны Советов.
В июне 1921 года Рутгерс, американский профсоюзный деятель Кальверт, их давний знакомый по Нью-Йорку инженер Мартенс — он какое-то время был неофициальным представителем Советской России в США — посылают Ленину свой проект. План создания в Кузнецком каменноугольном бассейне индустриальной трудовой колонии иностранных, по преимуществу американских, рабочих. «Рабочие из капиталистических стран, — пишут авторы проекта, — создают образцовое предприятие без капиталистов, без эксплуататоров, отказываются от прибыли во имя общего блага».
Первый отклик Ленина самый благоприятный: «По существу. Я — за…»
Рутгерс во главе небольшой изыскательской экспедиции отправляется на Урал и в Сибирь. Теперь со дня на день можно ждать подписания договора.
Со дня на день… Рутгерс все чаще посещает Валериана Куйбышева. С ним начинались переговоры, он подготовлял текст договора «архиточного», как требовал Ильич. Нисколько не скрывая своего более чем сочувственного отношения к трудовой колонии иностранных рабочих.
Принимает Куйбышев, как всегда, любезно. Внимательно слушает. Терпеливо повторяет: «Погодите еще немного… Для общей пользы придется еще потерпеть». Достаточно проницательный, обладающий большим деловым опытом, Рутгерс улавливает — Куйбышев чего-то недоговаривает. Переговоры дружественные двух единомышленников, преследующих одну и ту же цель. Все же раньше времени Валериан Владимирович не вправе открыть, что вся вина за опостылевшие, раздражающие оттяжки на одном из авторов проекта, хорошем приятеле Рутгерса инженере Мартенсе.
При встрече с Лениным, при объяснениях с Куйбышевым Рутгерс уверенно называет Мартенса своим союзником, ссылается на его авторитет. А от Мартенса телеграмма с Урала, из Екатеринбурга. «Воздержаться решением плана Рутгерса до моего возвращения». Прислушаться, взять во внимание обязательно надо. Только не едет, не возвращается Мартенс. Сам назначает сроки, и сам отменяет.
Из положения весьма-весьма деликатного выходить Куйбышеву. Уговаривать Рутгерса, успокаивать его помощников — американцев Билля Хейвуда, Герберта Кальверта. — Увлекающихся, больше сентиментальных, чем деловитых. Склонных к обильным словоизвержениям.
Со дня на день… До тридцатого сентября. Ожесточившийся, вскипевший до неузнаваемости, Рутгерс говорит вовсе ненужное: «Вы поддаетесь саботажнику… мы ждать не хотим и не будем… мы не из-за денег стараемся…» Ночью Ленин пишет Валериану Куйбышеву…
Предписание Мартенсу: «Выехать немедленно и телеграфно сообщить время своего выезда».
Обнадеживающие строки Куйбышева: «…Все пункты подписки, которую Вы предложили для иммигрантов, приняты Рутгерсом и его товарищами без возражений».
Новый запрос Ленина: «Прошу Вас, в дополнение к материалу по делу Рутгерса, разъяснить еще…
