Каждый день к толпе присоединялись новые люди. "И не лень вам по морозу в дорогу?" - спрашивал Бродяга. Ему, пивовару, было невдомек, что крестьянину зима - единственное время для путешествий. Весной и летом дел невпроворот, зимой же - скука смертная. А если еще и голодно, то сидеть дома вовсе невмоготу. Южный Путь поднимался и шел за Салемом - искать помощи или справедливости... или хоть чего-нибудь, кроме черной безнадеги.
Люди прибывали и прибывали, и само их количество вынуждало Салема делать то, к чему он считал себя совершенно неспособным: управлять. Людей нужно было организовать, разместить, накормить. Каждого приписать к той или иной работе: кто следит за скотом, кто готовит дрова, кто жжет костры и куховарит, кто ставит шатры. Даже просто поднять и сдвинуть с места такую толпу - уже нелегкая задача! Заставить людей идти в порядке, чтобы не мешали друг другу, чтобы никто не отстал, не потерялся... Салем брал пример с той единственной упорядоченной толпы, которую видел: с армии. Делил людей на отряды, назначал сотников и десятников. Сотникам раздал высокие красные трофейные шапки, чтобы видно их было издали. Определил каждому отряду задачу на стоянке и место в походной колонне. Колонну разделил на части телегами, каждой телеге присвоил какой-нибудь видный знак. Так всякий знал, где его место: к примеру, за фургоном с пугалом или перед подводой со слепым волом. Во главе колонны шли самые крепкие мужики и конные повозки - утаптывали снег, чтобы облегчить ход остальным. Две сотни ехали на санях по флангам, через поля - так они не занимали места на дороге и могли предупредить, если кто-то решит напасть.
Строжайшим образом Салем вел учет и раздел харчей. Каждая сотня, каждый десяток был приписан к определенному котлу, на каждый котел выдавалось в сутки отмеренное число фунтов крупы, лука, репы, сухарей. Деленное на число людей, питание выходило скудным, но Салем не решался увеличить пайку. Со всеми хлопотами двигались крайне медленно, и кто знает, сколько еще придется прожить в дороге.
Салем создал даже передвижной госпиталь для раненых - благо, нашелся и знахарь, и подходящий большой фургон.
С каждым днем толпа крестьян двигалась все быстрее и слаженней, росла дисциплина, укреплялся порядок. С каждым днем - хотя Салем и не желал признавать этого - они все больше напоминали войско.
Миновал декабрь, истекал январь. Владыка Адриан погиб. Юная владычица Минерва заключила мир. Герцог Ориджин надел корону на ее голову.
Салем привел к стенам Грейса восемь тысяч человек. Среди них пять тысяч вооруженных мужчин, а в их числе - тысячу таких, что умели орудовать копьем и строиться против кавалерии.
Салем, как и прежде, никому не желал зла.
Из квадрата всадников выдвинулся маленький отряд под знаменем. Проскакав через поле, остановился за сто ярдов от крестьян. Салем двинул коня им навстречу. Он очень плохо держался в седле и хотел бы идти пешком, но верховой рыцарь никогда не примет всерьез пешего мужика. За Салемом ехал Бродяга и еще трое с арбалетами у седел. Вооруженный на безоружного смотрит свысока. Хочешь говорить с вояками - имей железо под рукой.
- Меня зовут Салем. Приветствую вас, - почтительно сказал он рыцарям, скинув шапку и склонив голову.
Серьезные рыцари: латы, шлемы, гербы, конские доспехи. А передний носил белые перья на гребне шлема и алый вымпел на острие копья. "Главный", - понял Салем. Этот рыцарь двинулся вперед и отчеканил:
- Я - полковник сир Уолтер Дей. Именем маркиза Грейсенда, на чьих землях вы находитесь, приказываю разойтись!
Салем поклонился еще ниже:
- Простите, господин полковник, но мы разойдемся лишь после того, как поговорим с герцогом.
- Вы разойдетесь немедленно! - голос звенел железом, конь гарцевал под рыцарем.
- Если мы пойдем по домам, господин полковник, то перемрем с голоду. Возможно, не сейчас, но к лету - точно. Нам нечем засеять поля.
Салем был благодарен полковнику за то, что тот дослушал до конца столь длинную фразу. Но ответ был прежним:
- Это не моя и не маркиза Грейсенда забота. Ступайте к вашим лордам, просите о помощи.
- Мы так и поступили, господин. Наши лорды ответили плетьми или железом. Мы пришли просить помощи у герцога Лабелина.
- Вы пришли грабить! - крикнул другой рыцарь, державший знамя. - Вы - убийцы и бандиты!
- Сир, мы убивали лишь для самозащиты, и не ограбили ни одного человека. Слухи о нас - неправда.
- Среди вас те, - сказал полковник, - кто убил барона. И те, кто убил его сыновей. Выдайте преступников на суд!
- Мы выдадим их, господин, но тому, кто в праве судить. Позвольте нам увидеться с герцогом Лабелином. Это все, о чем мы просим!
