Мира поверила. Отчасти потому, что будь генерал способен так хорошо имитировать чувства, он начал бы гораздо раньше. А отчасти потому, что вспомнила себя, стоящую на подоконнике со взведенным арбалетом. Тогда и мысли не было солгать. Слишком низко и дешево — лгать на самом пороге.
Она медленно кивнула. Сделала знак кайрам, и те убрали мечи в ножны.
— Хорошо, генерал. Это уже немало. Но теперь хочу знать все. Кому, кроме меня, вы служили? Что входит в его дальнейшие планы?
— Наедине, — ответил генерал. — Только так.
Снова — вопрос веры. Мира не отвечала. Алексис сказал:
— Клянусь, я на вашей стороне. Что бы ни случилось. Но слышать нельзя никому, кроме вас.
Она кивнула:
— Пускай. Будьте добры, господа, оставьте нас.
Гости нерешительно покинули комнату. Кайры отсалютовали и вышли следом. Шумно выдохнув, Серебряный Лис убрал кинжал в ножны.
Лейла Тальмир сказала:
— От меня не избавитесь, ваше величество.
Капитан Шаттэрхенд встал рядом с нею:
— Виноват…
Мира улыбнулась им:
— Благодарю. Ваше место по праву — подле меня. …Итак, генерал, вам слово.
