Папа толкнул дверь в соседнюю комнату и приглашающе махнул рукой. Я зашел и замер от удивления. На ковре у окна, опустив голову, сидел юноша, завернутый в какие-то полупрозрачные ткани.
— Встань, — велел император, подойдя к нему.
Парень поднялся, оказавшись на голову ниже меня. Одежда почти не скрывала красивое стройное тело, под ключицей проглядывала татуировка в виде стилизованного черного дракона. Отец взял его за подбородок и заставил поднять отрешенное лицо. Пустые безразличные фиалковые глаза смотрели куда-то вдаль, сквозь светло-золотой шелк волос проглянули острые кончики ушей.
— Нравится?
— Что это? — в шоке спросил я.
— Эльф, — улыбнулся папа. — Купил у человеческих работорговцев. По-моему, достойный экземпляр для твоей коллекции кукол. Рабский ошейник я снял — он портил весь вид, вместо него наложил нашу печать, — император кивнул на татуировку. — Замкнул на тебя.
— Но он же живой! — нервно вскрикнул я.
— Тем лучше, Эрлин. Ты сможешь с ним играть гораздо интереснее, — отец мне подмигнул. — Или тебе не нравится? Могу подарить кому-нибудь другому. В следующий раз с меня двойной подарок.
— Не надо, — быстро ответил я, все еще не отойдя от шока. Рабов у нас не было, с рабством, как таковым, я был знаком только по книгам, и воспринимать живое существо, как игрушку и подарок, пока не мог. Осторожно взял эльфа за руку и тихо сказал: — Иди за мной.
В дверях обернулся, поймал задумчивый взгляд отца и сказал:
— Спасибо, пап. Только... давай в следующий раз это будет обычная кукла?
По коридорам пробежали почти галопом, боясь столкнуться с мамой. Как она отреагирует на новую «куклу», понятия не имел, и проверять не хотелось. Эльф, которого я тащил за руку, покорно бежал следом. Захлопнув двери своих покоев и вздохнув с облегчением, вытащил из шкафа две книги и стал быстро пролистывать. Справочник по расам, и без того выученный мною почти наизусть, ничем новым не порадовал, а вот Кодекс драконьей собственности и утешил, и расстроил одновременно. Связанные печатью рабы считались неприкосновенной собственностью того, на кого была замкнута печать, и посягать на нее не имели права даже члены семьи, значит, от мамы опасность моему подарочку не грозила, а я очередную нотацию переживу. Рабство у нас не практиковалось уже давно, но кодекс не менялся, так что нарушить его мама не сможет. Приятно и то, что печать, привязывая представителя магической расы к дракону, замыкала на последнего и ранее присутствовавшие у раба связи с родовой магией. То есть, длительное пребывание в отрыве от родины эльфу ничем не грозило, более того, срок его жизни растягивался до присущего хозяину, так что ему это даже на пользу. А вот плохо было то, что стереть печать было невозможно. Вернее можно, но освобожденный вскоре погибал, так как измененные магические каналы уже не восстанавливались.
Захлопнул Кодекс и посмотрел на свой подарок. Тот так и стоял, где поставили, не шевелясь и глядя в стену безразличным взглядом.
— Как тебя зовут?
— Листаэль, — чуть слышно прошелестел эльф.
— Листик, — умилился я, переиначив его имя. Он никак не отреагировал. – Листаэль, ты хочешь чего-нибудь?
— Все что прикажет хозяин, — голос был тихим и безжизненным.
Я нахмурился.
— А сам ты хочешь чего-нибудь? Например, есть.
Тишина в ответ.
Плохо. И что с ним делать?
— Листаэль, я не просил себе в подарок раба, вообще, считаю, что рабство – это ужасно. Если бы мог, освободил бы тебя, но, как только что убедился, — потряс кодексом, — если сотру печать, ты умрешь.
Никакой реакции.
— Поэтому… — продолжил и задумался, как лучше сформулировать, — нам придется как-то жить вместе, и я надеюсь на твою помощь. Обещаю, что не стану наказывать, издеваться и использовать против твоей воли, но необходимо, чтобы ты реагировал на происходящее и говорил мне, что тебе нужно. Если есть какие-то пожелания – высказывай их.
— Мое желание – доставлять радость хозяину, — тот же безжизненный голос.
У меня закралось подозрение, что эльфу качественно промыли мозги, получив на выходе действительно куклу.
— Так,– я поднялся. – Сиди тут.
Эльф тут же сел на ковер. Задумчиво посмотрев на него, тяжело вздохнул и побежал искать отца.
— Пап, можно поговорить? Ненадолго, — спросил, заглянув к родителю в кабинет.
Он жестом отослал секретаря и кивнул мне на кресло.
— У меня тут такая проблема: эльф совсем… как кукла. У него что, личность стерли? Ему же даже есть приказывать придется, он сам и шага сделать не может без приказа.
— Личность ему не стирали, — вздохнул отец. – Я же его у людей купил, они магией разума не владеют.
— А что с ним тогда?
— Сын, ну как ты думаешь, каким образом без магии разума из свободного эльфа можно сделать послушного раба?
— П-понятно, — с запинкой ответил я, кулаки непроизвольно сжались. – Значит, он таким останется навсегда?
— Не обязательно. Смотря, как будешь с ним обращаться, возможно, со временем отойдет. Кстати, ты зря оставил его одного. Печать еще до конца не настроилась, пока процесс не завершен, эльф будет испытывать боль, если тебя нет рядом.
Я подхватился и побежал обратно в свои покои.
