Куда мы приехали, я не знаю, так как мне надели маску с вонючим газом и сознание тут же отключило эфир. Самочувствие после такого наркоза не пострадало и это утешало. Выглядела база как настоящий бункер с учетом того, что мы долго спускались вниз на лифте. Не скажу, что все выглядело как в фантастических фильмах, где все секретные бункеры сияли от хрома и имели загадочный вид. Скорее это напоминало базу ученого с медицинским уклоном. Коридор с десятками дверей и все без идентификации. В одну из них мы зашли и оказались еще в одном коридоре, с такими же дверьми, так что выбраться из этого лабиринта одной было бы сложновато. В нескольких комнатах за приоткрытыми дверьми находились лаборатории и что-то вроде операционных. Жуткое зрелище. Надеюсь, меня не будут приковывать к металлическому столу и… Резкий звук вырвал меня из размышлений, оказалось, это был открыт засов металлической двери. За ней меня ждала кушетка и стол с кучей приборов, названия которых мне неизвестны. Но они точно относятся к медицине. Вот этот здоровенный шприц сто процентов из кошмарного фильма про безумного доктора и, похоже, его всадят в меня.
– Не волнуйся! – голос приятный, молодой. Таким голосом врачи говорят пациентам «мне жаль, но вы больше не сможете ходить». «Чушь какая! Перестань истерить!». – Мы с вами установим чип в области поясничного отдела позвоночника, манипуляция очень похожа на люмбальную пункцию, но займет чуть побольше времени. Не переживайте, в больнице подобные процедуры делают каждый день.
– Вы каждый день всаживаете людям взрывчатку в позвоночник? А она точно не взорвется? Я смогу бегать, прыгать? А если я упаду, не полыхнет?
– Спокойно. Там нет никакой взрывчатки. Дэвид пошутил, весьма неудачно, на мой взгляд. Это радиодатчик с системой распыления сильного миорелаксанта. Засчет прямого попадания лекарства в спинномозговую жидкость, срабатывание такого чипа моментальное. Оно не причинит вам вреда, но даст нам шанс спастись, если вдруг у вас крыша поедет. – Лица доктора я не видела, но голос действительно успокаивал. Да и какого черта? Что-то происходит с моим настроением. А вдруг действительно моя психика не выдержит, и я направлю свои силы, скажем, на город? Я могу устроить настоящий армагеддон, убить кучу народа, пока снайпер не перехватит цель. Может действительно лучше оставаться под наблюдением военных?
– Будет сильно больно?
– Я вколю вам местное обезболивающее, но немного боль останется. Ложитесь, пожалуйста, на бок.
По итогу, через полчаса у меня в позвоночнике находился чип, а я отлеживалась после мерзкой и болезненной процедуры. Доктор может и вколол новокаин, но я прочувствовала все слои своего тела, и это было крайне неприятно. Я вообще боль переношу плохо.
После того, как мне вкололи инородный предмет, и я провалялась почти сутки в отходнике, наступило время испытаний. Меня привели в огромный, обитый металлом зал размером с хороший стадион. Из-за большого свободного пространства каждый звук создавал множественное эхо. Кроме Дэвида и меня в нашей компашке появились еще трое незнакомых мне людей в деловых костюмах без отличительных знаков. Двое мужчин возраста зрелого и женщина преклонного возраста со стальным взглядом. Ну да, конечно, женщина во власти должна иметь стальные яйца или ее быстро заменят тем, кто имеет эти самые яйца, но в виде более мягком и ранимом. Извините, отвлеклась немного.
– Хелен. – Дэвид водит, трое стоят и лупят на меня глаза. – Продемонстрируй нам свои способности. Пожалуйста. – Волшебное слово после паузы. Забавно. По-видимому, он нечасто его применяет.
– На самом деле я еще далеко не все знаю о своей силе. Все, что я успела наработать за месяц – это выход из тела и управление предметами на расстоянии. И каждое из этих действий ограничено по времени и интенсивности, так как я быстро устаю. На восполнение энергии уходит от двух часов и до суток, смотря, насколько вымотался.
– Вы говорите выход из тела? Что вы можете при этом совершать и на какие расстояния отходить от тела? – голос женщины был примерно таким, как я себе представляла, низкий, но без сексуального бархата. Живая сталь, мать ее. Кто бы мне сказал еще месяц назад, что четверо взрослых людей в государственных должностях будут всерьез говорить о выходе из тела. Астрал принимает новые формы, извините за каламбур.
