Ну, что ж… Во всяком случае, я сказала то, что хотела. А теперь — куда кривая выведет. Если придется уходить — уйду. Так решила я тогда. Но успокаивать ее я не стала. Да и не жалко ее было, и все ее слезы мне казались совершенно другого происхождения. Нервы. Ведь мы же избавились от трупа, а это колоссальная психическая нагрузка. Во всяком случае, тогда я не чувствовала себя виноватой. Мне даже показалось, что в наших отношениях наметился существенный сдвиг — ведь теперь я не казалась сама себе зависимой от этой странной особы, больше того, мне показалось, что это она теперь зависит от меня, от моего молчания: ведь это в ее морозильной камере погиб Уве-садовник.
Мысль о том, что от меня в связи с этой смертью захотят избавиться, меня как-то не посетила…
— Катлин, это я, Роза… Буду говорить тихо, чтобы меня никто не услышал… Я уже говорила тебе, моя дорогая подруга, что в нашем доме происходят очень странные вещи… Так вот. У меня нехорошее предчувствие… И связано оно, как ни странно, ни с этой приезжей девушкой Натальей, а именно с Софи… Тебе это может показаться обычным делом, а меня этот факт насторожил… Помнишь, я тебе рассказывала, чем я кормлю свою хозяйку? Она — настоящий мясоед. Очень любит мясо. Может есть его на завтрак, обед и ужин. Я научилась готовить ее любимые блюда, некоторые, правда, мне приходится заказывать в ресторане, поскольку там особая технология… Так вот, вчера она попросила меня приготовить абсолютно вегетарианский обед!
— Роза! Я не понимаю! Какая же ты стала мнительная! Подумаешь? Сейчас многие переходят с мясоедения на вегетарианство, считается, что так организм лучше очищается… Да и усваиваются овощи гораздо лучше… Роза, да что я рассказываю тебе такие простые вещи?! Ничего страшного не происходит… почему тебе все кажется таким подозрительным?
— Я так и думала, что ты отреагируешь именно так… Я понимаю, да вегетарианство — хорошая штука… Но тогда почему бы не приготовить обед наполовину вегетарианский! Может, Софи решила перейти на овощи, но гостья-то почему должна страдать и есть горошек с морковкой?
— Роза, ты всерьез думаешь, что все то, о чем ты сейчас говоришь, заслуживает внимания?
— Она попросила меня об этом очень странным тоном. Я бы даже сказала — угрожающим.
— И это все, что ты хотела мне сказать? Я-то, дорогая подружка, ждала от тебя другого…
— Не понимаю…
— Ты еще не приняла решения?
— Какого?
— Я предложила тебе жить вместе со мной…
— А… Да… Да, я еще подумаю. Подожди, я что-то еще хотела тебе сказать… Стой, дай-ка вспомнить… Вот. Вспомнила. Уве. Наш новый садовник. Молодой мужчина, довольно-таки приятной наружности. Представляешь, Катлин, он — ее любовник!
— Чей!
— Софи. Я сама лично видела, как она наведывалась к нему в садовый домик. И так вышло, что мне удалось подслушать часть их разговора…
— И что? Это он подбивает ее играть на чердаке в куклы?
— Да куклы здесь вообще не при чем! Он упрекал ее в том, что она стала неласковая, что они встречаются слишком редко, и что если так и дальше пойдет, то он заведет себе другую хозяйку… Но я-то поняла, что под словом «хозяйка» он подразумевал слово «любовница».
— Вот это ты меня удивила… Софи?! Хотя, а почему бы и нет?! Мужа-то у нее вроде бы как и нет…
— Она замужем, я тебе говорила. Другое дело, что ее муж живет в Берлине, и совсем не навещает жену здесь… Я просто хочу сказать, что никакая это не семья… Но она замужем, это точно, я видела документы…
— Ну и ладно. Это их дела. Так что там с садовником? Ему не хватает любви? Ох, Роза, как все это романтично…
— Он пропал.
— Кто?
— Уве. Наш садовник. Я сама лично видела, как он вчера вошел к себе в домик, в руках у него была бутылка. С нашей территории он не выходил, ворота я ему не открывала…
— Он мог перелезть через забор.
— Мог теоретически. Только зачем? К тому же, в саду накопилось много работы… Сад, в отличие от твоего, страшно запущен…
— Да я все понимаю… Никакой он не садовник. И комбинезон носит для отвода глаз… Для тебя, Роза, старается… Чтобы ты не догадалась, что они любовники… Как все это глупо, честное слово… Но почему ты так нервничаешь? Я же слышу по твоему голосу, что ты взволнованна…
— Я устала ото всего этого, Катлин… А еще мне страшно… Кроме того, я так до сих пор и не поняла, зачем Софи вызвала к себе эту русскую девушку. Не видно, чтобы они были хорошими подругами. У меня такое впечатление, словно она, каждая в отдельности, присматривается к другой…
— Бросай все и увольняйся… — Перебила ее Катлин. — И не засоряй себе голову какими-то догадками и предположениями, тем более, что они не имеют никакого отношения к тебе лично. Переезжай ко мне, наконец. Сколько уже можно прислуживать, Роза?! Вот увидишь, как изменится твоя жизнь… Мы будем читать вслух, ухаживать за садом, путешествовать…
— И еще… — Вдруг вспомнила Роза. — Перчатки. Резиновые перчатки, которые я надеваю, когда мою полы. Так вот. Они — мокрые… Словно ими пользовались. Это не одноразовые, а плотные хозяйственные перчатки, ты знаешь…
— И что?
