— Будем исходить из худшего варианта. Тем более, что мы уже видели их способности. — Кортес скрипнул зубами. — Мы знаем, что японец будет идти за артефактом… Кстати, как он может найти Куколку?
— Иногда мастер создает Куколку под конкретного пациента, в этом случае он использует образцы тканей больного. Считается, что «именная» Куколка лучше.
— А разве в обычном случае лечение не всегда проходит идеально?
Комиссар развел руки:
— Я не знаю всех секретов изготовления Куколок. Рассказываю, что слышал.
— Значит, активизированная Куколка отзовется на генетический поиск, — пробормотал Кортес. — Так почему бы не забрать артефакт? Пусть самурай приходит в Цитадель.
— Думаю, наш друг видит разницу между поездкой в Тайный Город и появлением в Цитадели, — проворчал Артем. — Не факт, что он придет.
— Согласен, — поддержал молодого наемника комиссар. — Не хочу хвастаться, но я не верю, что японец, при всех своих достоинствах, рискнет ворваться в штаб-квартиру Нави.
— Он предпочтет смыться.
— А если вспомнить, какие усилия были приложены для того, чтобы познакомить нас с ним, — улыбнулся Сантьяга, — мне бы не хотелось, чтобы самурай покинул Тайный Город до разговора со мной.
— Но Куколка активизирована, — нахмурился Кортес. — Она проснется в течение нескольких часов, и тогда…
— Это еще один аргумент в пользу того, чтобы оставить пока артефакт у американцев, — протянул комиссар.
— В пользу? — Артем ошеломленно посмотрел на Сантьягу.
— Я предполагаю, — серьезно ответил нав, — что Куколка изначально предназначалась для кого-то из Тайного Города. Не уверен, но предполагаю, что Куколка нужна здесь. И я хочу знать — кому. — Комиссар помолчал и тонко улыбнулся. — Но я не хочу, чтобы Темный Двор занимался ее активизацией. Китайгородская конвенция жестко ограничивает мои возможности, и я не желаю ссориться с Великими Домами из-за такой ерунды.
— А когда Куколка проснется, — тихо продолжил Кортес, — она, если повезет, сумеет самостоятельно привести себя в рабочее состояние…
— И после этого появимся мы, — кивнул Сантьяга. — Одно дело активизировать запрещенный артефакт, и совсем другое — найти активизированный запрещенный артефакт и воспользоваться им. Бедные американцы…
— А как быть с секретностью? — поинтересовался Артем. — Если американцы станут свидетелями активизации, у них появится масса пищи для размышлений.
— Стать свидетелем и понимать, что ты видишь, — абсолютно разные вещи. Я допускаю, что американцы будут… гм… несколько шокированы. Но они и без того достаточно увязли в этом деле. Службе утилизации предстоит серьезная работа по нейтрализации ваших заокеанских соплеменников, и лишний эпизод не сделает погоды.
— А мы получим активизированную Куколку.
— Самую лучшую приманку для самурая.
— Но упускать из виду американцев не следует, — деловито бросил Кортес. Чувствовалось, что опытный наемник оправился от произошедшего с Яной, и дело вновь поглотило все его мысли. — Я позвоню им часов в девять утра и предложу встретиться.
— Как вы их найдете?
— Я знаю номер мобильного телефона Баддера.
— Замечательно! — Сантьяга поднялся со стола. — Господа, у вас есть время отдохнуть.
Выяснение отношений с русскими властями затянулось. Полицейские, таможенники и пограничники взяли американцев в суровый оборот, требуя предоставить полную информацию о причинах инцидента в аэропорту. Шум получился знатный, и русские были полны решимости выудить или вышибить информацию, неважно каким способом. Левин отбивался, как мог, но когда в Шереметьево прибыли представитель японского посольства (правда, его присутствие не заставило разговориться двух уцелевших соотечественников), заспанный заместитель министра иностранных дел России и три улыбчивых блондина «неважно, из какой мы организации», Майкл не на шутку струхнул и поспешил подключить тяжелую артиллерию — позвонил послу. Но все равно, участникам событий удалось вырваться из аэропорта лишь под утро.
— Скандал! — Злой, невыспавшийся посол яростно посмотрел на фэбээровцев. — Теперь вы можете объяснить, что, черт побери, происходит?
Балдер и Галли переглянулись и уныло покачали головами.
— Что за дрянь вы везете?
— Статуэтку.
— Почему по дипломатическим каналам?
— А вы еще не поняли? — огрызнулся Вольф. Посол рухнул в свое кресло и мрачно, с ног до головы, оглядел стоящих посреди кабинета агентов.
— Вы знали, что произойдет нападение?
— Мы не исключали этого.
— Японцы охотились за статуэткой?
— Да.
— Почему она так важна?
Фэбээровцы снова посмотрели друг на друга.
— Я задал вопрос!
— Мы не имеем права отвечать на него, — набрался духу Балдер.
— А кто имеет?
— Директор ФБР.
