— Не сразу, — смутилась эльфийка. — Я пробовала по-разному, но отозвалось время только на очень странное.
Она взяла палочку и на пыльном полу принялась рисовать фигуры.
— Это просто форма. Астральная посылка, и всё, — кивнул маг, рассматривая символы. — В этом нет ничего странного, только тут не хватает «адреса».
— Это всё. Больше ничего не было.
Сеамни закрыла глаза, представляя всё, и, дойдя до конца цепочки, вдруг поняла, что было ещё что-то. Едва уловимое.
— Был символ, вот такой, — нарисовала она галочку, а через угол ещё одну палку и справа точку.
— Хм, — это составной, порядок-хаос, только его в такой комбинации не… — маг замер. — Хотя, я ж не знаю про предсказания ничего.
— Не говори так, ты врёшь, — строго заявила Сеамни.
— Ладно, я знаю чуть больше, чем ничего, — улыбнулся Гарри в ответ.
Эльфийка всё хотела сказать ему, что он изменился, что он странный, замкнутый, что она за него переживает, что на него полагается Леголас, что весь Аннуриен от него зависит, и что в своей мудрости он просто обязан сохранить разум, но сказала совсем иное:
— У тебя кровь на лице.
— Да? — удивился Гарри и потрогал запёкшуюся кровь на щеке и под глазом, а после застыл со стеклянными глазами, пугающе долго стоял, глядя сквозь эльфийку. Лишь спустя три вздоха он ожил, снова улыбнулся своей ничего не значащей улыбкой. — Спасибо, Сеамни. У тебя хорошо получается, и твоими успехами интересуется Эльстан, но я тебя к нему пускать не хочу — переживаю за тебя.
«А я за тебя», — кивнула вместо слов Сеамни с надеждой на то, что он и так всё понял.
Гарри умный, он догадается.
Йен был лучшим из всех, почти никогда не жаловался, хоть одной ногой и был в могиле. Не то что Гарри.
— Ох, не поверишь, так не до дел в Аннуриене, ты бы только знал.
Марсенас понятия не имел, чем занимается граф, но на всякий случай с Гарри согласился. Это был завершающий этап плана. Уже больше пяти его идей Гарри отмёл, а Марсенас выставил на бумаге это в лучшем для себя свете, чтобы быть героем, страдающим на благо общего Аленоя, а нехороший пустозвон Гарри ничего не делает и делать не даёт. Столько денег было упущено! Столько возможностей людям жить хорошо!
Последние две идеи, тщательно проработанные.
— Тогда не буду сильно утомлять разговорами. Мыслей у меня две и одна замечательнее другой. На этот раз я действительно подготовился, — соврал Марсенас, ведь эти две идеи были тщательно проработаны с расчётом, что никогда не воплотятся в жизнь, как и все предыдущие. — Итак: платные училища, где люди, эльфы и гномы… Ой, простите, люди, эльфы и низушки смогут получать образование, а мы будем иметь с этого отличнейшую прибыль.
Гарри замер, остановившись в шаге от стола. Марсенас обернулся, глянул по сторонам и уже ожидал увидеть вновь лишь кучку снега, но Гарри всё ещё был на месте. Лицо — серьёзная непроницаемая мина.
— Хорошая идея.
— Что? — не понял Марсенас.
— Отличная идея. И нам нужно это сделать быстрей, нежели в Анаторе. И ещё — школы должны быть бесплатными. Молодец, думай дальше.
— Как бесплатными? А деньги откуда тогда брать на строительство, учителям?
— Вот это тебе и стоит продумать, — улыбнулся Гарри.
Всё у него с этой его ехидной улыбкой.
— Это намёк на то, что денег нет и затея провальная, господин граф? — нахмурился Марсенас, всё ещё не до конца понимая правила игры.
— Нет, идея отличная. Просто пусть школы будут бесплатными, думай пока в эту сторону. Давай вторую идею, а то у меня тут проблемы мирового масштаба намечаются, как минимум на всю ночь.
— Вторая… Вторая идея, — «вот уж точно будет откинута как безумная», — перенести ярмарку из Грувааля сюда, в Аннуриен.
— Нет, — буркнул Гарри себе под нос, но как-то неуверенно. — Логистика у Грувааля идеальная, если уж переносить, то в Анатор, — стал рассуждать он.
— Нет? — переспросил Марсенас.
Гарри взял паузу в пару долек и Марсенас нервно поглядывал в окно, в холодную тьму безлунной ночи. У него появилась работа помимо выдумывания, хотя он уже снарядил местного мальчишку из семьи Купелей, чтоб тот отвёз письмо, и в письме не хватало ещё трёх абзацев: два отказа и вывод. Он собирался это сделать сегодня вечером, после беседы с Гарри. А тут одного отказа недостаёт, да ещё и согласие.
Внутри у Марсенаса было нехорошо, кишки ходуном ходили.
Когда-то к нему пришёл Микель и сказал, что господин граф-чародей связан с Хаосом, что его цель — завладеть Аннуриеном, править им лично, а после и всем Аленоем. Марсенас и Микель сговорились и решили, что перехватят инициативу, что перехитрят этого наглеца. Но всё пошло по плану, как бы это странно не звучало, и Марсенас стал бароном Аннуриенским.
И сейчас история повторялась — всё шло по его изначальному плану, разрушая скрытый, более продуманный план. Ну ничего, не был бы он бароном и одним из крупнейших предпринимателей всего Аленоя, если бы не умел подстраиваться.
— В смысле да, — туманно заявил Гарри.
— Да? — потеряв нить разговора переспросил Марсенас.
