– Мне представляется, самое лучшее, что можно сделать, это переадресовать вас к полковнику Уэсткотту, – предложил Зиллейби, указывая на Бернарда. И с некоторой долей ехидства добавил: – Его департамент по причинам, о которых я так и не смог получить представления за все предыдущие девять лет, продолжает питать интерес к Мидвичу, так что полковник, надо думать, знает о нас гораздо больше, чем мы сами.
Сэр Джон перенес внимание на Бернарда.
– А из какого же департамента вы будете, сэр? – вопросил он.
Когда он услышал ответ, у него глаза полезли на лоб. Выглядел он как человек, которому не помешала бы хорошая выпивка.
– Я не ослышался? Военная разведка? – спросил он с недоверием.
– Да, сэр, – ответил Бернард.
Начальник полиции затряс головой.
– Сдаюсь! – Он посмотрел на Зиллейби с выражением верблюда, ожидающего появления тех самых последних соломинок, что должны переломить ему спину. – Еще и военная разведка к тому же! – пробурчал он.
Примерно в то самое время, когда начальник полиции прибыл в Кайл-Мэнор, один из Детей – мальчик – неторопливо шел по тропинке, что вела к подъездной дороге из Грейнджа в Мидвич. Двое полицейских, болтавших у ворот, прервали свой разговор. Один из них пошел навстречу мальчугану.
– И куда ж ты навострился, сынок? – спросил он довольно дружелюбно.
Мальчик посмотрел на полицейского без всякого выражения, хотя взгляд его странных золотых глаз выдавал напряжение.
– В деревню, – ответил он.
– Лучше не ходи, – посоветовал полицейский. – Там к вам не слишком-то расположены, особенно после вчерашнего, это уж точно!
Мальчик не только ничего не ответил, но даже шага не замедлил. Он спокойно шел вперед. Полицейский вернулся обратно к воротам. Напарник взглянул на него с удивлением.
– Ничего себе! – сказал он. – Про тебя не скажешь, что ты перегружаешь себя работой, а? Мне-то казалось, будто мы обязаны не позволять им шастать туда-сюда, чтоб чего не случилось.
Первый полицейский с выражением удивления на лице смотрел вслед уходящему по тропинке мальчику. Он недоуменно покачал головой.
– Странно это, – с трудом выговорил он. – Чего-то я не пойму. Если будет еще один, ты займись им, Берт.
Минуты через две появилась одна из девочек. Она тоже шла уверенной, немного ленивой походкой.
– Ладно, – сказал второй полисмен, – сейчас она получит от папочки хороший совет, вот увидишь.
И он направился к девочке.
Сделав примерно шага четыре, он круто повернулся и пошел к воротам.
Оба полицейских стояли рядом, глядя, как девушка проходит мимо и идет к дороге.
– Что за чертовщина! – воскликнул второй полисмен, не веря собственным глазам.
– Непонятно, верно? – сказал первый. – Идешь, чтобы сделать что-то, а вместо этого делаешь нечто противоположное. Знаешь, мне это совсем не по душе! Эй! – крикнул он вслед девочке. – Эй! Мисс!
Девочка даже не обернулась. Полисмен бросился за ней, пробежал несколько ярдов, затем резко затормозил. Девушка исчезла за поворотом.
Страж закона пришел в себя, повернулся и зашагал обратно. Он тяжело дышал и был сильно встревожен.
– Не нравятся мне эти дела, – сказал он чуть слышно. – Тут что-то нечисто, ты уж поверь мне…
Автобус из Оппли на пути в Трайн через Стауч останавливался в Мидвиче как раз напротив лавочки миссис Велт. Десять-двенадцать женщин, дождавшись, пока выйдут приехавшие, двинулись к открытой двери, соблюдая подобие очереди. Мисс Латтерли, возглавлявшая ее, взялась рукой за поручень и попыталась было занести ногу на подножку. Из этого ничего не вышло, обе ноги будто приросли к асфальту.
– Поторопитесь, пожалуйста, – сказал кондуктор.
Мисс Латтерли сделала еще попытку, опять не увенчавшуюся успехом.
Потом беспомощно посмотрела на кондуктора.
– Тогда встаньте в сторонку и дайте войти другим, мэм. Через минутку я вам помогу, – посоветовал он ей.
Недоумевая, мисс Латтерли послушалась совета. Миссис Дорри шагнула вперед, чтобы занять ее место, и схватилась за поручень. И тоже не смогла продвинуться дальше. Кондуктор протянул ей руку, чтобы помочь, но ее нога категорически отказалась подняться до уровня ступеньки. Миссис Дорри отошла к мисс Латтерли, и обе стали свидетельницами третьей попытки войти в автобус, столь же безуспешной.
– Это еще что? Думаете небось, что это забавно? – спросил кондуктор. Потом, увидев выражение лиц трех женщин, добавил: – Извините меня, дамы, не хотел вас обидеть. Да что это с вами?
Именно мисс Латтерли, отвлекшись от зрелища бесплодной четвертой попытки, первой заметила одного из Детей. Тот лениво уселся на тумбу, напротив «Косы и камня», лицо его было обращено в сторону женщин, одна нога беспечно покачивалась в воздухе. Мисс Латтерли отделилась от группы женщин и подошла к нему. Идя, она внимательно вглядывалась в лицо мальчика.
– Ты ведь не Джозеф, правда?
Мальчик отрицательно покачал головой.
– Мне нужно в Трайн, повидать маму Джозефа – мисс Форшем. Она ранена прошлой ночью. Сейчас лежит в больнице.
Мальчик не отрывал глаз от ее лица. Сделал легкое отрицательное движение головой. На глазах мисс Латтерли выступили слезы.
