Не глядя на меня, Марта резким движением закрыла молнию на сумке. Выровнялась и, зябко растерев плечи, отвернулась к окну. Напряжение и… чего уж там, недоверие – силовым полем пролегло между нами. Это злило. Злило даже больше, чем я готов был признать. Она должна была мне доверять, а вместо этого…
- Пообещай мне, что если со мной что-то случится…
- Да что с тобой не так?! – взревел я, не в силах даже представить такого – от одних только мыслей моя голова буквально взрывалась, а глаза застилало кровью. Я бежал от них прочь.
- Пообещай мне! – крикнула в ответ Марта, - что ты позаботишься об Алисе.
- Ну, не бред ли? Ты абсолютно мне не доверяешь, но, тем не менее, просишь позаботиться о дочке?!
- Я доверяю тебе… - прошептала Марта. – Да, доверяю! Просто не думаю, что у меня остались шансы. И дело вовсе не в тебе.
- Тогда в чем? В чем, мать твою?!
Марта покачала головой, взволнованно растерла руками бедра и, глядя мне прямо в глаза, подошла вплотную.
- Я устала бояться. Устала прятаться и убегать… Устала сомневаться. Во всем сомневаться. Даже в твоих мотивах. Устала обманываться и надеяться…
Мои руки обхватили ее тонкую фигуру и прижали к себе.
- Скоро все закончится. Обещаю, - шепнул ей в волосы. – Веришь мне? Веришь?!
- Люблю… Я просто люблю тебя. И не хочу больше этому противиться. Даже если все ложь – не хочу.
Прикрыв глаза, я поймал ее губы своими. Мне хотелось заткнуть ее, и хотелось слушать… Противоречивые, полярные ощущения, которые рвали меня на куски. Настороженная, недоверчивая, язвительная… Щедрая, нежная… моя! Ее губы раскрылись, впуская мой язык дальше, в теплую влажность рта. Поцелуи выбивали из груди Марты хриплые гортанные стоны. Я жадно пил их, слизывал с ее губ.
- Нам нужно торопиться, - шептал между делом, но вновь и вновь возвращался к ее истерзанному рту.
- Алиса… Там Алиса проснулась. – Я не мог оторваться. Как по живому… Ее несмелые, полные сомнений признания напрочь лишили меня тормозов. – Макс… нам нужно остановиться.
Разомкнул губы, не сразу найдя в себе силы, чтобы ее отпустить. Сердце колотилось, как перед инфарктом, кровь шумела в ушах.
- Иди к ребенку. Через час выдвигаемся. И не бери ты столько вещей… Потом назад все тащить…
- Назад? – откашлялась Марта, провела по воспаленным губам языком. Будто слизывая с них мой вкус… Отпустившее желание вновь ударило в голову.
- Да. Когда все закончится, я хотел бы сюда вернуться. Но уже навсегда.
- А как же твоя работа?
- Никак. Я подам рапорт на увольнение, – поморщился я. - Собирайся. Мы можем и в пути обсудить наши дальнейшие планы.
Управившись даже быстрее, чем планировал, я напоследок перекрыл воду, газ и отключил электричество. Запер дом, поднялся по дорожке к машине, в которой меня уже поджидала Марта с Алисой. Убедившись, что они устроились со всем возможным комфортом, я завел мотор и неторопливо выехал на грунтовку. В абсолютной тишине мы проехали около километра, когда что-то дернуло меня оглянуться. Дом, в котором я провел свое детство и в который планировал вернуться после того, как все закончится, стоял у подножия изумрудно-зеленой горы, фасадом к теряющейся в буйстве трав дороге. Зеленая полоса луга, отделяющего его от серой извилистой ленты трассы, походила на шкуру гигантского хамелеона – стоило ветру всколыхнуть траву, и на ней появлялись белые, желтые, сиреневые островки полевых цветов. Аптечной ромашки, кислицы и клевера.
Господи, как же мне не хватало этого места! А ведь я и не думал даже…
- Значит, ты уверен, что хочешь жить в этих краях? – тихонько спросила Марта, как только убедилась, что Алиса уснула в своем автокресле.
- Да… - мне пришлось откашляться, - Да. А ты? Ты бы хотела здесь жить? Со мной и Алисой?
Медля с ответом, Марта осторожно перебралась с заднего сиденья на переднее, возле меня. Изящным жестом руки откинула от лица волосы, скосила взгляд.
- Звучит как предложение, - пробормотала она.
- А если и так?
Глядя в окно, на пробегающие за стеклом пейзажи, Марта совершенно не торопилась с ответом. Возможно, она взвешивала за и против такой уединенной, оторванной от цивилизации и других людей жизни, а может, думала о чем-то совершенно другом…
- В том доме… Я была как никогда счастлива. Все хорошее в моей жизни случилось там. Там родилась наша дочь… и моя любовь к тебе. Не знаю, куда приведет меня эта дорога, но если мне выпадет возможность вернуться… я обязательно сделаю это.
Моя рука соскользнула с руля и подхватила ее ладошку. Впервые за долгое-долгое время в моей душе поселился покой. Она любила меня… она действительно меня любила. И принимала меня! Подняв наши переплетенные пальцы к губам, я поцеловал трепещущую вену на ее запястье и с абсолютной уверенностью в срывающемся от эмоций голосе пообещал:
- Хорошо. Теперь все будет хорошо…
Флешку Марта хранила в банковской ячейке в небольшой курортном городке почти на самой границе. Туда, как оказалось, она и направлялась в ночь, когда на горы обрушилась буря. С тех пор прошло всего два месяца, а будто бы целая жизнь. Так много перемен в ней произошло за это время.
