Я шагнул навстречу, и мы с пацанами обнялись крепко, по-мужски.
— Еле прилетели, — пожаловался Виталя, усмехаясь. — В самолёте рядом бабка всю дорогу крестилась и твердила, что летим в ад. А я ей говорю: «Не, мы летим на бой века».
Марик прыснул со смеху.
— А в аэропорту вообще прикол. Стоим мы с билетами, а кассирша в упор на Игната смотрит: «Вы же тот, который драки устраивает?»
— Я ей ответил, что драки устраиваю только по расписанию, — вставил Игнат, довольный произведённым эффектом.
Без слов было понятно, что пацанов привёз Игнат. Перелёт до Екатеринбурга — дело отнюдь не дешёвое, и он лично оплатил им дорогу. За это ему большущее спасибо, кстати. Потому что если кто и должен быть рядом в этот день, так это Марик и Виталя. Они должны разделить со мной успех, пацаны этого заслужили не меньше. Они шли со мной с самого начала пути в этом, по сути, новом для меня мире.
Я отстранился, оглядел обоих. В их глазах горела та самая искра, с которой они когда-то впервые пришли в зал. Там было всё вперемешку: вера, гордость, готовность стоять за меня горой. Красавцы!
— Спасибо, парни, спасибо большое за поддержку, — сказал я. — А на кого же вы зал оставили?
Мысль, что зал стоит без присмотра, буквально сама слетела с языка.
Игнат усмехнулся, как будто ждал этого вопроса заранее.
— Всё под контролем, брат. Я же не дурак. Я оставил там своего человека. Надёжный парень, свой. Так что не переживай — зал под надёжным присмотром. Мышь не проскочит, муха не пролетит или как там говорится.
Я кивнул, отпуская тревогу. Знал, что если Игнат сказал — значит, так и есть. Он никогда не бросал слов на ветер.
— Ну а теперь… — он сделал демонстративную паузу. — Скажем так, главный сюрприз. Но сначала, пожалуй, отметим.
В этот момент дверь за моей спиной распахнулась, и к нам вылетела Настя, с глазами полными предвкушения. Я заметил, как Марик до этого что-то писал в телефоне — наверняка ей.
Заметив Марика, девчонка замерла на секунду, а потом буквально бросилась к нему в припрыжку. Обняла Марика крепко, по-настоящему, с тем теплом, которое не подделаешь. Марик, сначала растерявшись, тоже улыбнулся и прижал её к себе нежно.
Я стоял в стороне и смотрел на них. И… мне стало легче. Я в этот момент понял, что искренне рад и за Марика, и за Настю. Рад тому, что у них всё началось. Настя заслуживала счастья. А я… я бы не смог ответить ей взаимностью. У меня была другая дорога. Слишком тяжёлая, слишком извилистая. Для меня оставалось лишь одно — бой, долг и дорога вперёд. Если бы я шагал по этому пути, держа за руку Настю, то подвергал бы девчонку совершенно ненужной опасности, а это я хотел меньше всего.
— Ну-ка, Настя, как специалист скажи… — заговорил Игнат, переключая на себя внимание девчонки. — Если Саша сейчас кусочек пиццы съест, он у нас развалится на ринге или нет?
Настя отстранилась от Марика, но улыбка не исчезла. Она даже поправила волосы, словно пыталась вернуть себе деловой вид. Вообще девчонка она была гиперответственная, ну и как-никак, а с Игнатом у неё существовала договорённость о работе в «Тигре». Поэтому Настя хотела блеснуть перед будущим боссом своими знаниями.
— Перед боем нельзя есть за два-три часа. Чтобы не было тяжести и тошноты, — затараторила она. — В это время лучше всего лёгкая пища — каши, цельнозерновой хлеб, фрукты. За час до боя вообще только вода, и то маленькими глотками.
— Так что пицца нежелательна? — Игнат выгнул бровь. — А если кусочек?
— Если кусочек… то можно, — сказала Настя и лукаво посмотрела на меня.
— Слышал? — рассмеялся Игнат, повернувшись ко мне. — Нежелательно, но можно! Так что тебе, Саня, не отвертеться.
Игнат хлопнул в ладони и оглядел всех нас.
— Так, пацаны, — обратился он к Витале и Марику. — Сейчас подъедет доставка. Пиццу я не заказал — это зря, она перед боем действительно ни к чему. А вот шашлычка, овощей, хлеба, всякой всячины — это другое дело.
Марик и Виталя закивали в унисон, быстро понимая, что хочет Игнат.
— Ладно, мы сгоняем, получим заказ, — сказал Марик.
— Ага, попутного ветра, — хмыкнул Игнат. — Сразу несите ко мне в номер.
Марик, Виталя, а с ними и Настя пошли получать доставку. Игнат же повернулся и как-то сразу посерьёзнел.
— Сань, расслабься, брат, ты слишком напряжён. Это чувствуется с первого взгляда. Без базара, это нормально — финал, давление, весь этот цирк с камерами. Но если ты всё время будешь крутить в башке мысли об этом, то сгоришь раньше, чем прозвенит гонг. Короче, надо расслабиться, брат. Переключиться хотя бы на пару часов. Это важно. Чтобы выйти и быть свежим, а не выжатым.
— Согласен, — ответил я.
Конечно, застолья до добра не доводят. Но иногда это нужно. Я вспомнил недавний эпизод, о котором читал в интернете. Перед боем с Александром Усиком отец претендента Дэниэля Дюбуа устроил дома вечеринку. Хотел снять напряжение у сына перед важным поединком, а в итоге только сбил настрой. Дюбуа вышел опустошённым, без концентрации, и в итоге разгромно проиграл.
В этот момент вернулись Марик, Виталя и Настя, неся в руках огромные пакеты. Сразу запахло мясом, специями, тёплым хлебом.
